Пенза Православная Пенза Православная
  АННОТАЦИИ Православный календарь Народный календарь ВИДЕО-ЗАЛ Детям Детское творчество Стихи КОНТАКТЫ  
ГЛАВНАЯ
ИЗ ЖИЗНИ МИТРОПОЛИИ
Тронный Зал
История епархии
История храмов
Сурская ГОЛГОФА
МАРТИРОЛОГ
Пензенские святыни
Святые источники
Фотогалерея"ХХ век"
Беседка
Зарисовки
Щит Отечества
Воин-мученик
Вопросы священнику
Воскресная школа
Православные чудеса
Ковчежец
Паломничество
Миссионерство
Милосердие
Благотворительность
Ради ХРИСТА !
В помощь болящему
Архив
Альманах П Л
Газета П П С
Журнал П Е В

О К Т Я Б Р Ь 17.01.18
11 О К Т Я Б Р Я

11  О К Т Я Б Р Я

 

Н И К О Л А   С В Я Т О Ш А

 

Справедливо говорят, что нет правила без исключений. Загадочные, необъяснимые исключения встречаются и в православном церковном календаре. Устный народный календарь содержит в себе праздничные и памятные дни, которых нет в каноническом христианском месяцеслове. В некоторые дни селяне отмечали память святых, не означенных в святцах и не упомянутых в Житиях. Таким исключением был Никола Летний, которого в северо-западных российских губерниях называли Николаем Можайским.

В обширном месяцеслове современной шеститомной «Настольной книги священнослужителя» святой Николай Можайский отсутствует. Никаких «Никол» в летних месяцах нет. Однако авторитетный и весьма осведомленный в свое время профессор Московского университета И. М. Снегирев в большом и обстоятельном исследовании «Русские простонародные праздники и суеверные обряды», изданном четырьмя выпусками в 1837–1839 годах, день 27 августа (9 сентября в современном календаре) Называет днем памяти святого Николы Летнего. Он сообщает, что этот праздник установился на Руси издавна, и его отмечали еще в Новгороде Великом. И в русских песнопениях еще в первой половине XIX века сохранялась славица этому празднику:

У того ли Миколы Можайского

Те мужики новгородские сходились

На братчину, на Николыцину,

Начинают пить канон, пива ячные.

В верхневолжских губерниях праздник Николы Можайского называли «Николыциной». Крестьянки к этому дню наваривали пива из ячменя нового урожая, и мужики устраивали гулянье – «братчину» – угощались свежим хмельным пивом, славили Николу за добрый урожай хлебов.

Но по церковному канону никаких богослужений, посвященных святому Николаю, ни в этот день, ни в ближайшие минувшие или последующие дни не проводилось. Николу Можайского придумало народное творчество. Канонические Николы, праздновавшиеся весной и зимой, отмечались по всей Руси хмельным гуляньем. Это были чисто «мужские» праздники, Николу сопровождало разгульное «винопитие». Наверное, в силу этой традиции – отмечать хмельной «братчиной» завершение определенного периода сельскохозяйственных работ – и был выдуман в народе «Никола Можайский, итоживший жатву на хлебных нивах».

И вместе с тем «Никола» осенью все-таки был. В наших краях, на Нижней Волге, широко отмечали память Николая Святоши, внука киевского великого князя Святослава, того, что, достигнув юношеского возраста, отрекся от княжеского рода и от «мира» и удалился в Киево-Печерский монастырь, где и провел иноком 40 лет.

В современных сборниках «Житий святых» Николы Святоши нет, а в церковном календаре он упоминается в «Соборе преподобных отцов Киево-Печерских, в Ближних пещерах почивающих», в котором насчитывается около 70 имен, и Никола Святоша указан где-то в середине.

Однако в народной памяти он выделился. Я помню, у нас в Липовке, под Камышином, до войны весьма своеобразно праздновали «Осеннего Николу». Это был молодежный праздник. Как раз с этого дня в наших краях и начинались «сиденки» (так у нас назывались вечерки). И первые сиденки сопровождались своеобразным обрядом.

Каждая крестьянская семья помимо огорода имела также и бахчу – «леваду». Небольшие левады сохранились даже при обобществившем все колхозном строе. Так что в каждом дворе осенью сараи наполнялись горами арбузов. Урожаи их были всегда обильными, и чуть ли не до Нового года наши селяне угощались свежими арбузами: и сорта в то время были лежкие, и хранить арбузы умели долго. Но основную часть сочных и сахаристых плодов переваривали на мед.

Неизвестно, кто и когда после войны пустил в обиход нерусское и грубое словечко «нардек» для обозначения арбузного меда. А мы так и называли «арбузным медом» хорошо уваренный сок этих гигантских ягод.

Вечером в день Николы Святоши сельская молодежь собиралась компаниями в просторных летних кухнях, которые называются у нас «опечками»,– варить мед.

Еще днем, загодя выжитый и заготовленный сок заливали в большие чугуны или котлы. Варка арбузного меда – дело долгое, она продолжалась всю ночь, и только к утру получалось приторно-сладкое, темно-коричневое лакомство, густое, тягучее, ароматное. Всю ночь девки и парни, помешивая варево, пели и плясали под гармошку, рассказывали смешные байки. Иные пары отлучались на час-другой, уходили «марьяжить» – посидеть или погулять в уединении. Но к рассвету «к меду» непременно собирались все. Молодая хозяйка разрезала на столе каравай хлеба, заваривала чай, и все угощались свежим медом.

Мы этот день так и называли: «Микола Святоша-медоноша» или «Микола-медовар».

 







HotLog с 21.11.06

Создание сайтаИнтернет маркетинг