Пенза Православная Пенза Православная
  АННОТАЦИИ Православный календарь Народный календарь ВИДЕО-ЗАЛ Детям Детское творчество Стихи КОНТАКТЫ  
ГЛАВНАЯ
ИЗ ЖИЗНИ МИТРОПОЛИИ
Тронный Зал
История епархии
История храмов
Сурская ГОЛГОФА
МАРТИРОЛОГ
Пензенские святыни
Святые источники
Фотогалерея"ХХ век"
Беседка
Зарисовки
Щит Отечества
Воин-мученик
Вопросы священнику
Воскресная школа
Православные чудеса
Ковчежец
Паломничество
Миссионерство
Милосердие
Благотворительность
Ради ХРИСТА !
В помощь болящему
Архив
Альманах П Л
Газета П П С
Журнал П Е В

ЩИТ ОТЕЧЕСТВА 23.07.18
«Пенза православная» – http://pravoslavie58region

«Пенза православная» – http://pravoslavie58region.ru/armia.htm

 

В Йошкар-Оле установлена мемориальная доска пензенскому Герою Тагиру Кержневу

 

30.03.2015

На здании Марийского машиностроительного завода в Йошкар-Оле установлена мемориальная доска. На ней надпись: «Кержнев Тагир Калюкович. Работал на ОАО «ММЗ» с 1946 по 1983 год». Действительно, большую часть свое сознательной жизни Герой Советского Союза Тагир Кержнев провел в Йошкар-Оле. Однако навсегда в душу запала ему Пензенская область. Часто в разговорах упоминал он, что сам-то он пензенский.

 

Историческая справка

Тагир Калюкович Кержнев родился 15 марта 1922 года в селе Нижняя Елюзань ныне Городищенского района Пензенской области в крестьянской семье. Окончил начальную школу.

С 1938 года Тагир Кержев проживал в поселке Устье-Кундыш Марийской АССР. Работал лесорубом и сплавщиком в Куярском лесхозе Медведевского района Марийской АССР.

В ряды Рабоче-крестьянской Красной Армии Кержев призван 28 апреля 1942 года. В боях с немецко-фашистскими захватчиками гвардии рядовой Кержев с 25 августа 1942 года. Воевал на Западном фронте в составе 6-го гвардейского мотострелкового полка 3-й гвардейской мотострелковой дивизии.

Участвовал в Первой Ржевско-Сычевской операции и Ржевско-Вяземской наступательной операции. В июне 1943 года 3-я гвардейская мотострелковая дивизия была выведена на переформирование и на ее базе была создана 17-я гвардейская механизированная бригада.

Вновь в действующей армии командир отделения автоматчиков разведывательной роты 17-й гвардейской механизированной бригады 6-го гвардейского механизированного корпуса 4-й танковой армии Брянского фронта гвардии ефрейтор Кержнев с середины июля 1943 года.

Участвовал в Орловской операции Курской битвы. 19 сентября 1943 года 4-я танковая армия была выведена в резерв Ставки Верховного Главнокомандования и находилась там до 28 февраля 1944 года. 4 марта 1944 года армия была брошена в прорыв в ходе Проскуровско-Черновицкой операции 1-го Украинского фронта. Летом 1944 года Тагир Калюкович, ставший уже сержантом, участвовал в Львовско-Сандомирской операции.

Отделение разведчиков под его командованием отличилось в период с 21 по 23 июля 1944 года. Сержант Кержнев организовал наблюдательный пункт на одной из высот и в течение трех суток передавал в штаб бригады ценные сведения о численности противника и его передвижениях.

В последующем Тагир Калюкович до января 1945 года участвовал в боях на Сандомирском плацдарме. За отличие в Львовско-Сандомирской операции Кержнев был награжден орденом Славы 3 степени и произведен в старшие сержанты.

12 января 1945 года с Сандомирского плацдарма войска 1-го Украинского фронта перешли в наступление в ходе Сандомирско-Силезской фронтовой операции, составной части Висло-Одерской операции. К концу января 1945 года подразделения 4-й танковой армии вышли к Бреславльскому укрепленному району противника на реке Одер. 25 января 1945 года гвардии старший сержант с пятью разведчиками своего взвода под сильным огнем противника форсировал реку в районе населенного пункта Кебен (ныне поселок Хобеня Республики Польша), блокировал два вражеских дота, захватил плацдарм на западном берегу и в течение 6 часов удерживал его, отразив 10 контратак и уничтожив до 40 солдат и офицеров противника и еще 16 взяв в плен. С рассветом на захваченный разведчиками плацдарм благополучно переправились остальные части бригады.

Также успешно отделение Кержнева действовало в Нижне-Силезской и Верхне-Силезской операциях фронта. 10 апреля 1945 года гвардии старшему сержанту Кержневу Тагиру Калюковичу указом Президиума Верховного Совета СССР было присвоено Звание Героя Советского Союза.

 

 

В конце марта 1945 года 4-я танковая армия, ставшая 17 марта 1945 года гвардейской, была передана 1-му Белорусскому фронту. Перед началом Берлинской операции старший сержант Тагир Кержнев был назначен командиром взвода бронетранспортеров разведывательной роты.

В ходе боев в период с 16 апреля по 1 мая 1945 года Тагир Калюкович 27 раз участвовал в разведывательных операциях, собирая ценные сведения о противнике. В мае 1945 года он участвовал в Пражской операции.

Война для гвардии старшего сержанта Т.К. Кержнева закончилась 11 мая 1945 года на территории Чехословакии. 24 июня 1945 года Кержнев участвовал в Параде Победы на Красной площади в Москве.

После войны жил в городе Йошкар-Оле Марийской АССР, работал слесарем на Марийском машиностроительном заводе. За добросовестный труд был награжден орденом Трудовой Славы 3 степени.

28 января 1992 года скончался. Похоронен на Туруновском кладбище в Йошкар-Оле.

В Пензенской области гордятся прославленным земляком и свято чтут его память. Так, в библиотечно-досуговом центре села Нижняя Елюзань для школьников проводят час мужества, посвященный Тагиру Кержневу. Об этом сообщается на сайте школы села.

Кроме того, существуют стихи, посвященные Герою Советского Союза, сержанту-разведчику Кержневу. Широко известна газетная статья о пензенском Герое «Сильный и верный Тагир».

Вся Россия знает Героя Советского Союза — нижнеелюзанца Тагира Кержнева. Его имя занесено в книгу «Герои Советского Союза», в пензенские издания Книги Памяти.

В селе Нижняя Елюзань поставлен памятник в честь Героя. Его имя стало символом стойкости, героизма. Елюзанская земля гордится своим земляком и чтит его память.

Жизнь и подвиг Героя увековечены также в очерке пензенского журналиста. В проекте телеканала «Россия 1. Пенза», посвященном Героям-пензенцам, предлагаем познакомиться с ним.

 

Человек из песни

Было это несколько лет назад. Журналистская профессия привела меня в большое татарское село Нижняя Елюзань Городищенского района. Побывал и в средней школе. Оказывается, пионеры и комсомольцы долгое время работают над составлением коллективного альбома «Подвиг героев-земляков». Они встречались с героями гражданской и Великой Отечественной войн, ведут оживленную переписку, проводят интересные сборы. В следопытском поиске им помогают добрые старшие друзья — их учителя, люди, увлеченные и любящие свой кропотливый труд.

— Правда, некоторые наши поиски не приносят желаемого результата, — посетовал директор школы Вильдан Хамзинович Кирасиров. — Нам хорошо известно, что из нашего села ушел на борьбу с озверевшими врагами комсомолец Тагир Кержнев. И будто бы он совершил героический подвиг... Его родственников в селе не осталось. Сказали, что мать переехала в Татарию, написали в адресное бюро — ответили: «Не проживает». Ребята писали в другие организации и учреждения, но тщетно.

Приехав в редакцию, я написал письмо в наградной отдел министерства обороны СССР. К удивлению, ответ пришел через десять дней. Тагир Калюкович Кержнев жив! Живет в Марийской АССР. Он Герой Советского Союза! Так был найден еще один герой-пензенец. В ответном письме Тагир Калюкович писал: «Да, родом я пензенский... Приезжайте, друг, буду рад встретиться...».

В первый раз увидел его в Доме культуры Марийского завода торгового машиностроения, куда я приехал с работником облвоенкомата. Я уже знал, что Тагир Калюкович работает мастером по ремонту горячих котлов. Он ударник коммунистического труда, активный пропагандист нового и передового, проводит большую военно-патриотическую работу с молодежью села. На вид ему лет пятьдесят, среднего роста, сухощавый, крепкого телосложения. На лице — сетка морщинок. Золотая Звезда Героя Советского Союза, ордена и медали украшают его грудь. Мне сразу же понравились его скромность, искренность и душевное обаяние. Свой рассказ Тагир Калюкович Кержнев начал так:

— Нас оставалось только трое...

Нет, это были не просто слова из популярной песни. Тогда, в январе 1945 года, их, разведчиков, действительно оставалось только трое на безымянной высоте. И в том же году он был удостоен высокой правительственной награды.

Я прошу Тагира Калюковича подробнее рассказать о своем боевом пути.

— Наш учебный полк находился на шоссе, которое вело к Москве, — медленно рассказывает он. — Это там, где несколько месяцев назад совершили беспримерный подвиг герои-панфиловцы. Мы видели еще свежие холмики могил, пепелища, изуродованную снарядами древнюю подмосковную землю. Все это говорило о том, что здесь шли ожесточенные бои...

Войсковая часть, в которую прибыл Тагир Кержнев с пополнением, готовилась к боям: комплектовались подразделения, службы, подбирались надежные люди в разведку. Тагир был хотя и невысоким, но физически сильным, выдержанным, спокойным, хорошо ориентировался на местности, владел приемами борьбы. И его взяли в разведку.

Тагир Калюкович часто вспоминает военные действия на Курско-Орловском «орешке». Подразделение, где служил молодой разведчик, всегда находилось на трудных участках: рейды в тыл врага, засечка огневых точек противника, охота за языком.

— Однажды потребовался источник свежей информации — гитлеровец, который мог бы рассказать о готовящейся вражеской операции, — говорит Т.К. Кержнев. — Словом, нужен был язык. Были созданы три ударные группы: две для захвата и одна — прикрытия. Группу прикрытия возглавил я...

Преодолев минное поле, помощник командира взвода гвардии сержант Тагир Кержнев и его друзья-разведчики прорезали проход в проволочном заграждении и оказались в небольшой траншее. Вновь уточнили ориентиры. Еще днем был засечен окоп боевого охранения, и вот теперь он в тридцати-сороках метрах от него. Беспрестанно строчил из своего пулемета немецкий солдат.

А тем временем разведчики группы захвата, выбравшись на исходный рубеж, выжидали удобный момент, чтобы взять матерого гитлеровца. Когда они отходили, таща на себе «трофеи», группа Кержнева прикрывала их. Тагир немножко отстал от своих ребят, и вдруг на него откуда-то набросился здоровенный фашист. Как быть? Что предпринять? Кричать и стрелять из пистолета ни в коем случае нельзя: провалится операция. Значит, плен или смерть...

Нет, не такой он, Тагир, чтобы сдаться живым! Мысль сработала мгновенно. Пригодилось владение приемами борьбы. Два сильных удара по голове и — есть еще язык! Когда немца привели в штаб, он, сообщив ценные данные, попросил показать того, кто его захватил в плен. И, увидев перед собой молодого невысокого смелого паренька, не поверил.

— Наш танковый корпус по пятам преследовал коварного врага, — продолжает свой рассказ Тагир Калюкович. — Перед подвижными частями, вышедшими на Одер, стояла ответственная задача: перерезать коммуникации немцев, с ходу форсировать водный рубеж и овладеть городом Кебен, который открывал путь к Берлину. Впереди корпуса шла рота разведчиков под командованием старшего лейтенанта Дорбидьяна. А моей группе было поручено захватить плацдарм.

В два часа наши разведчики в полной боевой готовности вышли на берег реки Одер в районе Кебена. Всюду огонь вражеских минометов и артиллерии. Разведчики смастерили плот и спустились к реке. Когда до вражеского берега оставалось несколько метров, яркий свет ракеты осветил их. Фашисты открыли прицельный огонь. Мины и снаряды рвались рядом. Керженевцы, покинув плот, опустились в ледяную воду, вышли на песчаную горку и прижались к земле, продолжая наблюдение за действиями врага.

На рассвете разведчики ворвались в два дота. Фашисты не думали сдаваться сразу. На Кержнева неожиданно навалился немецкий офицер. Тагир, не растерявшись, всадил в него кинжал, и тот упал на землю. Атака была отбита, но понесла потери и группа смельчаков: осталось три разведчика, получил ранение Т. Кержнев. Десять раз фашисты пытались захватить безымянную высоту, но тщетно: каждый раз с большими потерями откатывались назад. Когда становилось очень трудно, гвардии старший сержант подбадривал разведчиков:

— Держитесь, братцы! Мы же пришли сюда не для того, чтобы уйти или умереть, а победить и остаться живыми. Скоро подмога придет!

Тагир Кержнев, раненый, вспоминал свою старенькую мать. Хотя и вдалеке от Нижней Елюзани шли ожесточенные бои, но и здесь в каждом доме с болью в сердце произносилось страшное слово — война. Тетушка Сахипджамал провожала на фронт своего четвертого сына. «О сын! — крикнула она вслед Тагиру. — Не посрами наш род. В борьбе с врагами не забывай свою родную мать, и тогда у тебя будет больше силы...». Материнские слезы можно было понять: дети росли без отца — Тагир и не помнит его, он умер до его рождения. Женщина-татарка одна воспитывала своих сыновей. А когда они стали взрослыми, началась война...

...Но вот кончились боеприпасы, тогда кержневцы пустили в ход захваченное на высоте немецкое оружие.

За героизм, отвагу и решительность гвардии старшему сержанту коммунисту Т.К. Кержневу было присвоено высокое звание Героя Советского Союза. Вот строки из наградного листа: «...25 января 1945 года в два часа разведчики в количестве пяти человек во главе с гвардии старшим сержантом Кержневым первыми переправились через реку Одер в районе м. Кебен, имеющего важное стратегическое значение в системе немецкой обороны, прикрывающей подступы к центральным районам Германии. Со смелостью и стремительностью разведчики блокировали два дота противника и захватили рубеж на западном берегу. В дальнейшем, расширяя плацдарм, уничтожили до 110 немецких солдат и офицеров. Бесстрашные разведчики удерживали плацдарм в течение 6 часов до подхода наших стрелковых частей...».

После лечения в госпитале Тагир Кержнев вновь вернулся в свою родную 17-ю гвардейскую механизированную танковую армию 1-го Украинского фронта, где встретился со своим другом, героем огненной схватки на безымянной высоте, тоже Героем Советского Союза Григорием Слабидинлохом.

— Ну что, Тагир, побываем в логове самого фюрера? — спросил его Григорий. — Интересно, как он теперь себя чувствует? А?..

Тагир улыбнулся:

— Конечно, побываем... Он чувствует, думаю, намного хуже, чем в сорок первом...

Тагир Калюкович Кержнев принимал участие в штурме Берлина и в стремительном танковом марше в Чехословакию, был на параде Победы на Красной площади...

...Тетушка Сахипджамал зарыдала от радости. Она очень плохо видела, и потому ее сухонькие пальцы забегали по рукам, груди, голове и спине Тагира:

— О сын!.. Ты ли это, а? Живой... Не ранен, а? Какой стал сильный...

Да, Т.К. Кержнев — человек сильный, волевой, упорный. Ведь и имя его — Тагир — в переводе на русский язык означает: сильный, верный, честный...

Р. Енакаев

«Герои и подвиги» (Сборник очерков), Саратов, Приволжское книжное издательство, 1976 год)

При составлении биографических данных о Героях Советского Союза были использованы архивные материалы и сведения из Интернета.

 

http://penza.rfn.ru/rnews.html?id=302553&cid=7

 

В Пензе прошла экспозиция образцов оружия времен ВОВ

 

31.03.2015

 

 

На площади возле пензенского областного драматического театра 31 марта было особенно многолюдно. Все желающие могли потрогать и подержать в руках образцы оружия времен Великой Отечественной войны, которые расположили на специально установленных стендах. А посмотреть действительно было на что.

«Это масленка, каждый пехотинец носил с собой такую, их использовали для очистки оружия, один экземпляр у меня в руке, это СВТ-40 - полуавтоматическая снайперская винтовка десятизарядная», - рассказал участник акции «Я - волонтер Победы» Майков Зуйков.

Саперные лопатки, советские и немецкие каски, минометные снаряды, фляжки и ложки. Экспозиция образцов оружия времен Великой Отечественной войны и находок пензенского поискового отряда «Крепость» развернулась на площади перед драматическим театром в рамках акции «Я - волонтер Победы». Был даже станковый пулемет Максим, попавший в российскую императорскую армию в 1904 году.

«Полковник Соколов изобрел такой станок, то есть пулемет встал на станок, заимел колеса, во время Финской войны понятно было, что лючок надо было расширить, потому что был дефицит с водой. И его расширили, чтобы можно было туда снег лед бросать, не только воду», - рассказал специалист по работе с молодежью многофункционального молодежного центра Пензенской области Константин Агапьев.

В рамках акции активисты федерального проекта «Волонтерский корпус 70-летия Победы» предлагали жителям города написать письмо фронтовикам, тут же работала площадка «Ищу тебя» по сбору информации о людях, пропавших в военные годы, для организации их поиска силами пензенских специализированных отрядов.

 

http://tv-express.ru/sobitiya/v-penze-proshla-ekspoziciya-obrazcov-oruzhiya-vremen-vov

 

«Пенза — Победе!»: как менталитет отразился на оружии Великой Отечественной войны«Пенза – Победе!»: как менталитет отразился на оружии Великой Отечественной войны

 

31.03.2015

Вторая половина Великой Отечественной войны — противоборство автоматического оружия. Однако в самом начале боевых действий и с той, и с другой стороны на вооружении стояли, в основном, винтовки и карабины. В фашистской Германии использовался Маузер К-98.

«В противоречие всем установленным канонам, что немецкая армия пришла в Россию уже вооруженная автоматическим оружием — это ошибочно. На взвод вермахта шло только три автомата МП», — сообщил специалист по работе с молодежью допризывного военно-патриотического центра Константин Агапиев.

Противопоставленный ему советский карабин Мосина был также пятизарядным, немного короче и с меньшей дальностью стрельбы. Эффективно действовал на дистанциях до 600 метров.

«Вооружены были в первую очередь спецподразделения — связисты, артиллеристы, кавалерия и некоторые спецподразделения — до того, как в войска стало поступать автоматическое оружие», — отметил Константин Агапиев.

Один из самых знаменитых образцов автоматического оружия Красной Армии — пистолет-пулемет Судаева. Многие военные историки называют его уникальным. По соотношению стоимость-эффективность он уверенно держит первое место в своем классе.

«На ППС-42, ППС-43 тратилось всего лишь два часа машинного времени и 3 кг металла. Для его производства требовались станочный кузнечный пресс и токарный станок. Он был создан в 1942 году Судаевым, и остался в истории как самый технологичный пистолет-пулемет Второй мировой войны», — подчеркнул педагог дополнительного образования дворца детского и юношеского творчества Юрий Пивкин.

Такая простота конструкции была необходима при выпуске в блокадном Ленинграде. В отличие от другого легендарного автомата — ППШ, он был намного компактнее, легче, надежнее. Конструктор Алексей Судаев постарался создать образец, лишенный недостатков своего собрата.

Интересен способ, которым сумели уменьшить запредельную скорострельность, которая была, например, у пистолета-пулемета Шпагина. Если сравнить свободный ход затвора, то в данном случае он довольно небольшой, а у пистолета-пулемета Судаева он намного больше, что позволяло сохранять скорострельность примерно 650-600 выстрелов в минуту.

При этом остальные характеристики — дальность, убойная сила — были идентичными из-за одинакового патрона — пистолетного ТТ калибра 7,62 мм. В настоящее время образцы этого оружия — музейные экспонаты. Выпущенные в 30-х, 40-х годах XX века, они вполне могли участвовать в боевых действиях. Теперь по ним изучают историю.

«Зная, сколько унесло жизней это оружие, мы попытаемся предотвратить, чтобы такого не повторилось», — подчеркнул воспитанник военно-патриотического клуба дома молодежи Александр Агикян.

Даже в оружии и принципах его создания можно увидеть разницу менталитетов русского народа и фашистской Германии. Однако немецкая точность и технологичность оказались бессильны против русского героизма, смекалки и простого желания защитить свою страну.

Подробности в репортаже корреспондентов телеканала «Россия 1. Пенза»

https://www.youtube.com/watch?v=xJuNtoQ0EiM&feature=player_embedded

 

http://penza.rfn.ru/rnews.html?id=302721&cid=7

 

Имя пензенского разведчика Калишина занесено в Золотую книгу Героев в Киеве

 

31.03.2015

 

Его имя занесено в Киеве в Золотую книгу Героев Великой Отечественной войны. Его подвигу посвящена повесть Михаила Зорина «Солдатские дороги». Речь идет о Василие Федоровиче Калишине. Герое Советского Союза, который в годы Великой Отечественной войны вместе с друзьями-разведчиками захватил свыше 130 «языков», подбил два вражеских танка, подорвал три моста, пустил под откос и сжег два эшелона противника, уничтожил несколько автомашин.

 

  

 

Историческая справка

Василий Калишин родился 20 января 1922 года в селе Чардым Лопатинского района Пензенской области. С 1924 года вместе с семьей жил в Оренбургской области, где окончил семь классов школы. В 1940 году Калишин был призван на службу в Рабоче-крестьянскую Красную Армию. С июня 1941 года — на фронтах Великой Отечественной войны.

Участвовал в боях под Киевом и Харьковом, Сталинградской и Курской битвах, освобождении Украинской и Белорусской ССР, Польши, Чехословакии, боях в Германии. К сентябрю 1943 года гвардии младший лейтенант Василий Калишин командовал взводом автоматчиков разведроты 23-й гвардейской мотострелковой бригады 7-го гвардейского танкового корпуса 3-й гвардейской танковой армии Воронежского фронта.

Звание Героя Советского Союза Калишину присвоено 17 ноября 1943 года за отвагу и мужество, проявленные при форсировании Днепра и удержании плацдарма на правом берегу реки.

21 сентября 1943 года 23-я гвардейская мотострелковая бригада, в составе которой сражался Василий Калишин, вышла к Днепру южнее Киева. В ночь на 24 сентября бригаде было приказано форсировать реку. Командир бригады полковник А.А. Головачев перед форсированием собрал солдат и сказал: «Я могу честно смотреть в глаза народу и сказать, что начал воевать в 6 часов утра 1941 года. Я видел горечь первых поражений, а теперь испытываю радость наших побед… Я не допустил ни одного бесчестного поступка на войне, был всегда там, где жарко. Семь раз уже ранен… Если у меня не будет рук — буду идти вперед и грызть врага зубами. Не будет ног — стану ползти и душить его. Не будет глаз — заставлю вести себя. Но пока враг в России — с фронта не уйду».

Эти слова как набат звучали в ушах Калишина, готового выполнить любое задание. И когда комбриг вызвал его к себе как бывалого разведчика и поставил перед ним задачу: с группой разведчиков переправиться на правый берег Днепра в районе села Трактомаровка, захватить плацдарм и удержать его до подхода основных сил бригады, Калишин отчеканил: «Задача ясна, будет выполнена!».

На занятом рубеже они отбили четыре контратаки фашистов и тем самым обеспечили переправу основных сил.

Позже комбриг Головачев в характеристике напишет: «…Отличился в боях за города Киев, Васильков, Фастов, Житомир. В боях за Берлин, Дрезден и Прагу тов. Калишин участвовал в качестве командира разведывательной роты. Благодаря умелому руководству рота успешно вела разведку, доставляя ценные сведения о противнике».

После окончания войны Калишин продолжил службу в Советской Армии. В 1948 году он окончил Высшую офицерскую бронетанковую школу. В 1949 году в звании лейтенанта Калишин был уволен в запас. Проживал и работал в Киеве. Окончил Киевский автодорожный институт.

Скоропостижно скончался 23 ноября 1963 года, похоронен на Лукьяновском военном кладбище Киева.

 

 

Был также награжден орденами Красного Знамени, Отечественной войны 1-й степени, Красной Звезды, рядом медалей.

Слава Василий Калишина живет в сердцах пензенских земляков, с которыми он долго поддерживал связь.

Его имя свято чтут и в селе Пречистинка Оренбургской области — малой Родине легендарного разведчика. Память о нем бережно сохраняется в местном школьном музее, сообщается на официальном сайте учреждения образования. Так, жизни и героическому подвигу Василия Калишина посвящена большая экспозиция. Кроме того, на его примере воспитывается молодое поколение: в школе открыт кадетский казачий класс, в селе действует казачье общество.

Жизнь и подвиг Героя увековечены также в очерке пензенского журналиста. В проекте телеканала «Россия 1. Пенза», посвященном Героям-пензенцам, предлагаем познакомиться с ним.

 

Одиссея разведчика

«Дуглас» — двухмоторный транспортный самолет — в сумерках подлетал к Ахтырке — важному железнодорожному узлу в тылу у гитлеровцев. Немецкие зенитки, охранявшие станцию, изрыгали сплошную завесу огня. Лавируя между разрывами снарядов, пилот вывел машину из зоны обстрела и направил ее на запад, к видневшемуся вдали лесному массиву.

Молодой, ладно скроенный человек — единственный пассажир — знал, что он скоро будет у цели своего пути, и приготовился к прыжку. Поправив ремни парашюта, затянув лямки рюкзака, ждал сигнала. И когда вышедший из пилотской кабины штурман открыл люк, Василий Калишин понимающе кивнул. Штурман пожал ему руку, сказав лишь два слова:

— Можно прыгать.

Василий выбросился в черноту ночи. В ушах засвистел ветер. Потянув вытяжное кольцо, Калишин через несколько секунд почувствовал резкий рывок. Лямки парашюта туго обхватили подплечья и грудь, начался спокойный спуск. В темноте мелькнули какие-то деревья, серебро речки, и Василий, как учили инструкторы, поджал ноги, приготовившись к приземлению. Затем толчок и падение в кусты.

Собрав наскоро парашют, Василий спустился к речке. Набрав прибрежного галечника в купол, он крепко связал его стропами и забросил подальше от берега, забулькала вода, и бело-шелковое полотнище, мелькнув светлым пятном на черной воде, исчезло в пучине. Прислушался. Неподалеку квакали лягушки, да где-то на востоке протяжно прогудел паровоз. Покинув место приземления, Василий по компасу и звездам сориентировался. Закусил и прилег. Хотел уснуть, но сон не шел. Запахи украинской земли, лягушачий концерт, нарушающий тишину звездной летней ночи, воскресили в его памяти бей с немцами под Киевом, первый им подбитый фашистский танк, затем отступление. Вспомнились месяцы учебы в школе разведчиков, последние наставления одного из руководителей разведгруппы.

Наступал рассвет. «Надо двигаться, — решил Василий и невольно подумал: — Жив ли тот, к кому иду?» Выйдя из леса, огляделся. Вдали просматривалась узкая лента дороги, которая уходила в сторону Ахтырки — цели его путешествия.

Солнце уже стояло в зените, когда он подошел к небольшому городу, в котором раньше не приходилось бывать. Улицы были пустынны. Миновав одну из них, свернул на вторую, затем на третью, уверенно ориентируясь в незнакомом месте.

Перед отправкой на задание Василий хорошо изучил Ахтырку по имеющимся в штабе соединения данным. Вот улица Широкая, домик под номером пятнадцать. Долго не раздумывая, Калишин открыл калитку. Во дворе его встретила сухонькая старушка. Она окинула гостя внимательным взглядом и спросила:

— Кого трэба, мил чоловик?

— Мне бы дядьку Тимофея повидать.

— Вин в садику. Иды пошукай його тамо, — проговорила по-украински хозяйка.

Под развесистой яблоней стоял обросший щетиной, с седой копной волос на крупной голове мужчина в крестьянской одежде. Услышав шаги Калишина, он быстро повернулся.

— До меня, хлопец?

Выглядел дядька Тимофей именно так, каким обрисовали его на инструктаже. Убедившись, что перед ним тот, кого ему надо, Василий назвал пароль:

— Дед Иван помирает.

— Жаль Ивана. Видимо, ему смерть накликали... — отозвался Тимофей на чистом русском языке. Медленно подошел к Василию, обнял его крепкой рукой и ласково улыбнулся:

— Со счастливым прибытием тебя, сынок. Давно ждал...

Ушли вглубь вишенника. Поговорив о делах, Андрей Степанович Дорошенко — вожак местных партизан и подпольщиков, по кличке «дядька Тимофей», — заметил:

— Встречаться будем редко и только по моему вызову. В делах не торопись. Помни одно: врагов у нас тут много. И предатели есть. Сухие батареи для рации возьмем из лесу попозже... А пока отдохни.

Дорошенко устроил Калишина жить на окраине поселка у одного подпольщика, под видом приехавшего племянника. Его переодели во все крестьянское. Через два дня Василий приступил к выполнению задания.

Побывал на железнодорожной станции. Потолкавшись среди редких пассажиров, прошелся по перрону и вдоль путей, на которых стояли эшелоны с техникой и солдатами. Встретил стрелочника, угостил его крепким самосадом и в беседе узнал, что эшелоны послезавтра уходят к Волге. «Значит, в район Сталинграда», — прикинул Калишин.

О добытых сведениях он доложил Дорошенко. Тот похвалил, составил радиограмму и проинструктировал, где и как найти радистку Раю Стойчеву:

— Она цыганка. Завтра базарный день. Она там «гадает». Присмотришься, узнаешь. — И Дорошенко обрисовал ее портрет. — Назначишь явку, передашь шифровку, и Рая все сообщит в штаб. На базаре будь поаккуратнее. Там немецких прихвостней хоть отбавляй. Вот тебе пароль...

— Не беспокойтесь. Все будет сделано как положено.

На местном рынке было шумно. Но и в этой суматошной и крикливой толпе Калишин услышал резкий гортанный голос:

— Подходите, люди добрые. Погадаю, все узнаю...

Протиснувшись вперед, он увидел в окружении толпы молодую цыганку, сидевшую на каком-то обрубке бревна. Василий сразу узнал Раю Стойчеву. Присел на корточки и пристально взглянул в ее черные глаза, озорно глядящие на него. Протянул ей свою ладонь и бойко выпалил:

— Ну, погадай, красавица, скажи всю правду... — Сделал паузу, добавил потише: — Погадай точно, не то косу твою срежу (последние слова и были паролем).

Цыганка, не глядя на него, скороговоркой ответила:

— Ждала такого богатыря при закате, а он на зорьке явился. Ну, да так уж и быть, погадаю...

Наговорив Василию ворох небылиц, «гадалка» получила от него деньги, а вместе с ними и записку: «Сегодня в 10 часов вечера у водопоя. Принесу «гостинец». Когда уже совсем смеркалось, они встретились. Василий отдал Рае сухие батареи для рации, шифровку Дорошенко в разведотдел штаба армии и попросил ее передать радиограмму незамедлительно.

— Дело в том, что речь идет об эшелонах немцев, идущих завтра к Сталинграду.

— Не будет им счастливого пути. Я уж им нагадаю дорожку, — с юмором ответила радистка.

Через два дня при встрече с Дорошенко Василий узнал, что неподалеку от Ахтырки наша авиация разбомбила немецкие эшелоны: уничтожила много танков, автомашин и живой силы противника.

— Молодцы, летчики, хорошо поработали, — сказал в заключение Дорошенко. — А теперь надо покрепче установить связь с железнодорожниками. Мне сказали, что станционный буфетчик ищет грамотного и работящего парня. Вот и иди к нему. Всегда в курсе дел будешь. Главное, завоюй доверие хозяина и других прихвостней, — наставлял Дорошенко. — Это все нам пригодится.

Калишин исполнил совет Андрея Степановича. Хозяин буфета был в восторге от нового рабочего. Его подкупали безотказность Василия, физическая сила, умение все делать, молча, без любопытства.

— Поработаешь у меня с годик, Вася, сделаю тебя своим помощником, — самодовольно и доверительно говорил не раз буфетчик. — А там и женю тебя. Племянница у меня есть. Гарна дивчина. Со мной человеком станешь. Верно, говорю тебе...

Сформированные эшелоны врага регулярно отправлялись из Ахтырки к Волге и на Кавказ. Сведения о них своевременно поступали от Василия через Дорошенко и Раю в штаб армии.

Постоянно крепли силы партизан. Росла их боевая выучка, совершенствовалась тактика борьбы с врагом. И когда наступил решающий этап сражения за Сталинград, они решили начать «рельсовую войну». Дорошенко свел Василия с местными подпольщиками и дал задание уничтожить на станции Ахтырке важнейшие объекты, необходимые немцам. За неделю группа Калишина взорвала два эшелона, водокачку и станционный пакгауз.

Немецкое командование всполошилось. Начались аресты подозрительных лиц, как на станции, так и в городе: молодых грузили в эшелоны и увозили в Германию, а пожилых помещали в местный концлагерь как заложников. В одну из облав попал и Калишин.

Хозяин буфета, узнав об аресте Василия, пытался было выручить его, но хлопоты, ни к чему не привели. Василий вместе с другим ахтырцами попал в лагерь, огороженный в несколько рядов колючей проволокой. Он убедился, что бежать отсюда невозможно. А когда заключенных перегоняли в товарные вагоны для отправки в Германию, охрану удвоили.

Эшелон уходил на запад, и Калишин с горечью думал, как выкрутиться из этого нелепого положения: «Послали на задание, а я, как дурень, влип в эту историю... Что теперь подумают в штабе армии?» И он решил: «Или спасусь от неволи, или погибну».

Однажды, улучив момент, когда ночью часовой открыл дверь вагона, чтобы выбросить мусор, Калишин с маху толкнул его в спину и вместе с ним вывалился из вагона. Немец заорал, но за грохотом быстро несущегося поезда, никто из наружной охраны его не услышал.

В короткой схватке Калишин расправился с охранником и поспешно удалился в ближайший лес. Немного передохнув, отправился в путь. Днем отлеживался в глубоких балках и небольших рощах, а ночью, ориентируясь по звездам, шел на восток. Иногда заходил в затерявшиеся в степи деревеньки, чтобы попросить кусок хлеба и узнать о возможном расположении вражеских гарнизонов.

Почти месяц он пробирался к линии фронта. На одном из участков, тщательно разведав стыки немецких частей, под покровом предрассветной мглы миновал их подразделения боевого охранения и утром оказался у своих.

Исхудавший, обросший бородой и весь в лохмотьях, он отчитался в своих делах в тылу. Рассказав о случившемся, Василий попросился в ряды защитников Сталинграда. Командование одобрило его действия и удовлетворило просьбу.

От Волги и начался боевой путь к логову врага пензенского солдата Василия Калишина — уроженца села Чардыма, что под Лопатино.

Вначале Василий был рядовым стрелком, затем минером, а немного позже его зачислили в полковую разведку. За поимку немецкого штабного офицера, располагавшего ценными сведениями о противнике, Калишина наградили орденом Красной Звезды.

В июне 1943 года его перевели в разведроту мотострелковой бригады, которая получила задание выбить немцев из одного важного опорного пункта. Применив фланговый удар, советские воины разгромили гитлеровцев, и они откатились на запасные рубежи.

Надо было их разведать. Разведчики получили задание: добыть языка.

— Кто желает пойти на задание? — спросил командир разведроты.

Поднялся Калишин, за ним второй боец, затем третий...

— Всю роту послать не могу, — улыбнулся офицер. — Пойдет Калишин. А с ним... Впрочем, товарищ Калишин, подберите сами еще троих. К утру доставьте языка. Ваш район действий... — он назвал его, указав на карте.

К полуночи группа Калишина подобралась к блиндажу немцев. Пролежали более часа, выжидая случая, когда появится жертва. Время от времени лопались, как хлопушки, осветительные ракеты.

— Ждать больше нечего. Надо искать языка, — тихо промолвил Калишин. — Оставайтесь здесь. В случае чего, я свистну, тогда мигом ко мне.

Калишин скрылся в темноте, а через несколько минут солдаты услышали тихое посвистывание. Когда подползли, удивились: Калишин сидел верхом на здоровенном немце. Руки его уже были связаны. Заткнули рот кляпом, скрутили и потащили. В нейтральной полосе гитлеровцы обнаружили наших разведчиков и обстреляли их. Ранили одного, затем второго, по щеке царапнула пуля и Василия. Спрыгнув в воронку, друг друга перевязали и снова поползли к своим. Ожидавшие на передовой их боевые товарищи с радостью выскочили навстречу. Подхватили, унесли.

Языка, в испуге бормотавшего, отвели к командиру разведроты.

— Как же ты взял его? — спрашивали Калишина в роте, уже зная, что Василий один сумел обезоружить офицера.

— Получилось очень просто, — ответил Калишин. — Вижу, сидит у блиндажа кто-то. Я ближе. Он штаны натягивает, значит... Подполз еще и прикладом его разик огрел — он обмяк, я на него и свистнул ребятам. Они ко мне. Ну и все дело... Да вот пришлось помучиться: тяжелым был немец, а тут еще парней двоих ранило...

Утром Калишин от комроты узнал, что его язык оказался информированным обер-лейтенантом, помощником начальника штаба полка. При допросе рассказал о ближайших планах командования полка и кое-что о дивизии, противостоящей нашей мотострелковой бригаде. До переброски на передовую обер-лейтенант находился на переподготовке, изучал новое оружие и потому многое знал о секретной технике: танках «тигр» и «пантера», штурмовых орудиях «фердинанд». Не скрыл и о том, что новое оружие уже поступает на фронт.

С ним Калишин встретится потом на Курской дуге. Вспомнит он своего языка: «Не наврал, значит, немец...» Но это уже после.

Бригада в составе стрелкового корпуса освобождала от врага Украину, и так совпало, что ей пришлось неподалеку проходить мимо Ахтырки. Упросил Калишин командира отпустить его туда, рассказав ему о своих друзьях-подпольщиках, которые помогли ему выполнять задание.

На попутной машине Василий добрался до Ахтырки, разыскал на станции одного знакомого, но радостной встречи не получилось: подпольщик рассказал, что предатель выдал фашистам Андрея Степановича Дорошенко и радистку Раю Стойчеву. Погибли и другие. На их братской могиле Василий вспомнил беседы «дядьки Тимофея», лютой ненавистью и неутомимой работой в тылу, отвечавшего немцам на их злодеяния. Вспомнил и красивую цыганку Раю, мечтавшую после войны пойти учиться в радиотехникум. О ней Андрей Степанович как-то сказал Василию: «Не смотри, что она такая болтливая на язык и внешне вроде бы несерьезная. На деле — она стойкий человек. На любое задание пойдет. На самое опасное решится без страха и сомнений в душе».

На подходе к Днепру командиру бригады представили небольшую группу разведчиков, в числе их находился и Василий Калишин. Комбриг поставил задачу: разведать силы противника на правом берегу и по возможности взять языка, а если удастся, то захватить участок для высадки десанта. Задачу выполнили неполностью: доставили ценные сведения о расположении противника, прихватили и пленного, а насчет плацдарма ничего не получилось. Группа с потерями отступила, однако на другой день Калишин, действуя за старшего в группе, все же сумел зацепиться за берег, умело организовал оборону захваченного «пятачка», как назвали разведчики свой плацдарм, и с большим трудом удержал его до прихода основных сил бригады.

За личную храбрость и проявленный героизм при форсировании Днепра Василий Федорович Калишин командованием 5-й гвардейской танковой армии был представлен к званию Героя Советского Союза. Весть об этом застала его под Киевом, в освобождении которого он принимал непосредственное участие.

На этом одиссея разведчика не окончилась.

9 марта 1944 года Василий Федорович с группой подрывников и разведчиков был переброшен в район города Проскурова. Калишину командующий армией дал личное задание: взорвать с помощью партизан мост через Южный Буг. По нему оккупанты перебрасывали подкрепления к фронту и отправляли награбленное в Германию.

Выбросившись ночью на парашюте, он подобрал сброшенную вслед ему взрывчатку. Довольно скоро разыскал партизанскую группу. Там его озадачили: «Мост и подходы к нему охраняются солдатами с овчарками, в несколько рядов опутаны колючей проволокой. Подойти к мосту незамеченным невозможно».

Тогда Василий решил сам разведать все. Наблюдал за мостом сутки и пришел к тому же: «Подходы к объекту надежно прикрыты. Что делать? Надо во что бы то ни было пробраться. Не выполню — подумают, струсил... — беспокоился Калишин. — Ведь сам командующий поручил».

И все же придумал, посоветовался с партизанами, те охотно помогли смастерить небольшой плотик.

В непроглядной тьме разведчик поплыл по течению к мосту, придерживая взрывчатое вещество на плоту. Добравшись, сложил взрывчатку между бревнами, надежно вставил взрыватель, поджег бикфордов шнур, и поплыл было от моста, но засомневался: «А вдруг погасло... Надо еще посмотреть». Василий быстро подплыл к опоре и увидел, что шнур горит нормально.

Частыми саженками заторопился от моста. Его расчет, что он успеет удалиться на безопасное расстояние, не оправдался. Случилось так, что немцы, обнаружив его, открыли по нему огонь, Пока Василий нырял, спасаясь от фашистских пуль, время уходило, и произошел взрыв — Калишина, потерявшего сознание, подбросило, понесло течением воды. Минуту спустя его подобрали партизаны, ожидавшие ниже по течению, и тяжело контуженного передали наступавшим частям Советской Армии.

Врачи заключили: общий паралич конечностей, полная потеря слуха и речи. О смелом разведчике узнал командующий 5-й гвардейской танковой армии генерал Рыбалко, и по его распоряжению Калишина направили на лечение в Москву, а после выздоровления — на отдых в Сочи.

Неукротимая воля, отличная физическая закалка разведчика победили недуг, и через некоторое время Василий уехал на учебу в офицерское училище.

В звании лейтенанта прибыл в свою же гвардейскую танковую армию, где командовал разведротой. Когда шли бои на Висле, лейтенант Калишин вновь проявил высокие морально-боевые качества офицера. Дошел до Берлина.

...Отгремели бои в Германии, но остатки врага еще сопротивлялись в Чехословакии. На выручку чехословацким партизанам и подпольщикам были направлены части Советской Армии.

Вызвали в штаб армии и Калишина. Познакомив его с радисткой Ниной Аносовой, дали задание помочь чехословацким патриотам взрывать в тылу у немцев мосты, горные дороги, склады с оружием и боеприпасами.

Вскоре чешские партизаны горячо благодарили своего русского брата за оказанную помощь в борьбе против ненавистных поработителей.

* * *

20 июня Василий Федорович приезжает в Москву, а 24 июня 1945 года в первой шеренге сводного полка 1-го Украинского фронта прошел твердым шагом по Красной площади, перед мавзолеем В.И. Ленина на параде Победы.

До 1949 года гвардии лейтенант, Герой Советского Союза Василий Федорович Калишин служил в рядах Советской Армии, но неоднократные ранения и контузии сказались на здоровье отважного воина: он тяжело заболел и демобилизовался. Приехав в Киев, получил благоустроенную квартиру, немного подлечился.

Дома не усидел и пошел работать на завод слесарем. Вечерами учился в средней школе, затем закончил техникум, позже защитил диплом инженера в автодорожном институте.

И на трудовом фронте Василий Федорович показал себя отличным производственником, активным общественником-коммунистом.

Несколько лет назад он скончался в Киеве. Товарищи по труду и боевые друзья помнят его как отзывчивого, задушевного друга, бесстрашного воина.

Нет в живых Василия Федоровича Калишина, а его слава живет в сердцах пензенских земляков, с которыми он долго поддерживал связь. Его имя занесено в Киеве в Золотую книгу Героев Великой Отечественной войны.

Ф. Ивашкин

«Герои и подвиги» (Сборник очерков), Саратов, Приволжское книжное издательство, 1976 год)

При составлении биографических данных о Героях Советского Союза были использованы архивные материалы и сведения из Интернета.

 

http://penza.rfn.ru/rnews.html?id=302645&cid=7

 

В Пензенской области стартовал весенний призыв в армию

 

01.04.2015

 

С 1 апреля в России начинается весенний призыв. Ряды вооруженных сил страны пополнят более 150 тысяч человек.

От Пензенской области служить родине отправятся около полутора тысяч юношей в возрасте от 18 до 27 лет. Сейчас их отбором из числа военнообязанных призывников заняты медицинские комиссии в районных военкоматах.

Кстати, по итогам осеннего призыва 2014 года Пензенская область стала лидером среди военных комиссариатов центрального военного округа. Насколько успешным окажется весенний призыв 2015 -го, будет известно в середине лета, когда завершится отправка новобранцев в войска.

 

http://tv-express.ru/sobitiya-41

 

В год 70-летия Победы 70 зареченцев призовут в армию

 

01.04.2015

 

Из города Заречный Пензенской области в год 70-летия Победы 70 призывников отправятся служить в ряды Вооруженных Сил РФ в рамках стартовавшего 1 апреля весеннего призыва.

Как сообщил начальник отдела военного комиссариата Пензенской области по городу Заречный Игорь Ермаков, некоторых из них отправят в подшефные воинские части, с которыми у города уже сложилось успешное взаимодействие.

Так, 15 зареченцев пойдут служить в Балтийск, 10 — в Саратовскую область, еще несколько призывников направят в Сызрань.

Как сообщили ИА «Пенза-Пресс» в управлении общественных связей Заречного, первая отправка в армию состоится уже через две недели, а последняя — 15 июля.

 

http://www.penza-press.ru/lenta-novostey/75314/v-god-70-letiya-pobedy-70-zarechencev-otpravyatsya-v-armiyu

 

К 70-летию Победы юбилейные медали получат 27 тыс. пензенских ветеранов К 70-летию Победы юбилейные медали получат 27 тыс. пензенских ветеранов

 

01.04.2015

 

Юбилейные медали «70 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов» и подарочные наборы будут вручены 27 тыс. 645 ветеранам Пензенской области. Праздничные мероприятия пройдут в комплексных центрах социального обслуживания населения региона.

Как сообщили ГТРК «Пенза» в министерстве труда, социальной защиты и демографии региона, медали получат военнослужащие и лица вольнонаемного состава, принимавшие в рядах Вооруженных Сил СССР участие в боевых действиях на фронтах Великой Отечественной войны, партизаны и члены подпольных организаций, труженики тыла.

Награды также получат лица, проработавшие в период с 22 июня 1941 года по 9 мая 1945 года не менее шести месяцев, исключая период работы на временно оккупированных территориях СССР, бывшие несовершеннолетние узники концлагерей и граждане иностранных государств, сражавшиеся в составе воинских национальных формирований в рядах Вооруженных Сил СССР, в составе партизанских отрядов, подпольных групп, других антифашистских формирований, внесшие значительный вклад в Победу.

 

http://penza.rfn.ru/rnews.html?id=302851&cid=7

 

Подвиг пензенского Героя Лашина описан в повести «Воздушный разведчик»

 

01.04.2015

 

  

 

В 1975 году вышла в свет книга В. Черниевского под названием «Воздушный разведчик». На 71 странице — документальная повесть о Герое Советского Союза Георгие Лашине, который совершил в годы Великой Отечественной войны 234 боевых вылета на разведку в глубокий тыл противника, и кому удалось, что вообще уникально, сфотографировать в воздухе шесть столиц Европы: Бухарест, Софию, Афины, Белград, Будапешт и Вену, а также доставить советскому командованию бесценные разведданные о других городах и военных объектах противника. Все эти подвиги совершил человек, малой Родиной, которой всегда была Пензенская область.

 

Историческая справка

Георгий Иванович Лашин родился в 1920 году в селе Секретарка Сердобского района Пензенской области.

Перед войной жил в Москве, окончил 10 классов. В Красной Армии с 1940 года. В 1943 окончил военное авиационное училище.

Начал свой боевой путь в бомбардировочной авиации на Юго-Западном, 1 и 3-м Украинских фронтах. Старший летчик 861-ого бомбардировочного авиационного полка. Совершил 138 боевых вылетов: в том числе 70 — на дальнюю разведку, и 51 — на фотографирование в глубоком тылу противника.

Член КПСС с 1945 года. 18 августа 1945 года Г.И. Лашин удостоен звания Героя Советского Союза.

18 апреля 1946 года погиб в авиационной катастрофе. Похоронен в Москве.

Память Героя увековечена. В Москве, на доме, где он жил перед войной, установлена мемориальная доска.

Также она есть и на школе в селе Секретарка Пензенской области.

 

В школах села Секретарка и №212 города Москвы, где он учился, созданы музеи Героя. В последней также установлена мемориальная доска.

 

Пионерская организация школы №212 носила имя своего ученика — Героя Советского Союза летчика Г.И. Лашина. В 1975 году в ней был открыт музей «Боевой славы 861-го бомбардировочного авиационного полка».

В городе Сердобске на Аллее Героев установлен бюст Георгия Лашина.

Жизнь и подвиг Героя увековечены также в очерке пензенского журналиста. В проекте телеканала «Россия 1. Пенза», посвященном Героям-пензенцам, предлагаем познакомиться с ним.

 

Окрыленная мечта

Когда летнее небо расстилалось морем бирюзы, а утреннее солнце обнимало мир золотом своего тепла, Георгий Лашин, а по-уличному просто Гошка, любил выходить за околицу села, чтобы помечтать наедине. Перед ним плескался тихий Хопер, неторопливо уносивший свои чистые воды далеко-далеко на юг, к Дону. А как хорошо окинуть привычным взглядом родные просторы. За Хопром — крестьянские поля, наполненные ароматом трав и янтарным соком зреющего урожая. Еще дальше — лес, сосновый великан. В лесу так хорошо дышится, и кроме того он наполнен загадками тайны растительного мира, которые не сразу разгадаешь.

Многоустое пернатое царство почему-то особенно волновало Лашина, будоражило мечты. С вожделением он смотрел на взлеты и пролеты больших и малых птиц. А особенно любил наблюдать, как быстрые стрижи молниеносно взмывали ввысь, на мгновение где-то пропадали и вдруг невесть откуда появлялись, дружно усаживаясь на провода. Что значит хорошие крылья! И ему хотелось покорять воздушные просторы, пуститься наперегонки с ветром, смотреть с поднебесья на распластавшуюся внизу многообильную землю.

Хотелось летать!.. А по небу над его селом Секретарка до обидного редко скользили самолеты. Не было здесь воздушной трассы. И все же, если пролетал самолет, Георгий с большим волнением провожал его до тех пор, пока он не исчезал в голубизне вышины. Очень хотелось секретарскому парнишке быть летчиком. Но село от аэродромов далеко, еще дальше до авиационного училища. И все равно, пока учился в школе, когда среди мальчишек заходил разговор о том, кто кем будет, Лашин неизменно повторял:

— А я буду летчиком.

В свою сокровенную мечту он посвятил отца и классного руководителя. Отец только покачал головой, ничего не ответил, а классный руководитель ласково посмотрел на него и тихо сказал: «Одобряю, Лашин, одобряю, только учись получше».

В начале тридцатых годов семья Лашиных переехала в Москву. И здесь, в школе №212 Тимирязевского района, он получил аттестат о среднем образовании. Одновременно аккуратно посещал городской аэроклуб. Все, чему учили там, он схватывал сразу и накрепко запоминал, все хорошо укладывалось в его цепкой памяти, и многие по-товарищески завидовали ему.

Когда разразилась война, Георгию шел двадцать первый год. Настоял, и его послали в Кировабадское военное авиационное училище, по окончании которого стал лейтенантом, командиром экипажа бомбардировщика.

Дни перед вылетом в часть прошли в радостном волнении и тревоге: «А есть ли во мне все качества, — нередко спрашивал себя Лашин, — чтобы стать отличным воздушным бойцом?» Он жадно ловил каждую информацию о событиях в действующей армии. Не выходила из головы речь начальника училища полковника Дормидонтова, который напутствовал молодых летчиков.

— Если боевая обстановка требует риска, летчик всегда обязан идти на это. Но при этом он должен хладнокровно, расчетливо думать, не горячиться. Дерзость в бою дает большие преимущества. И в воздухе, и на земле пилот обязан мыслить, мгновенно принимая решение в любых условиях. Летчик силен отвагой и светлой мыслью.

Вспоминал Лашин и о том, как перед отлетом друзья собрались в Ленинском уголке. Каждого тянуло ознакомиться со сводкой о положении на фронтах, особенно интересовали подвиги летчиков. Пока лейтенанты ворошили газеты и журналы, послышался голос чубатого Сергея Шустова:

— Внимание! Читаю для всех: «В начале августа 1941 года, когда гитлеровцы на весь мир трезвонили о разгроме Красной Армии, о близкой победе, выдавая желаемое за действительное, ночами над Берлином стали появляться бомбардировщики, из которых сыпались серии бомб на военные объекты столицы фашистской Германии. Геббельсовские пропагандисты объявили, что эти налеты совершают английские летчики. Однако англичане заявили, что их военно-воздушные силы к этим налетам никакого отношения не имеют. Врагу пришлось признать, что Берлин бомбили самолеты Советских Военно-Воздушных Сил...».

Так оно и было. Берлин бомбили советские бомбардировщики. Первый налет был совершен экипажем дальних бомбардировщиков под командованием Героя Советского Союза полковника Евгения Николаевича Преображенского в ночь с 7 на 8 августа 1941 года. Враг никак не ожидал дерзкого по своему замыслу налета на Берлин, и столица фашистского рейха была даже освещена. Впрочем, средствами противовоздушной обороны город прикрывался весьма значительными, и прорыв в городскую черту для бомбардировщиков был очень трудным и опасным. Советские самолеты ДБ-3 появились над Берлином на высоте шести тысяч метров, сбросили бомбы, город сразу погрузился во тьму, а вражеские зенитки открыли яростный огонь. Налеты на логово фашистского зверя продолжались и в последующие дни. Тридцать суток враг не знал покоя в своей столице! Советские бомбардировщики прорывались к городу и сбрасывали свой бомбовый груз. Это были первые удары по Берлину с воздуха.

Эта интересная информация привлекла внимание всех. Каждый хотел выразить свое мнение.

— Да, бомбардировочная дальняя авиация — это сила, но риску, друзья, предостаточно, — высказался один из лейтенантов.

— И все-таки стоит рисковать, если надо. И нам надо к этому стремиться, — с жаром сказал Лашин. — А не податься ли нам в дальнюю?

— Опыта у нас еще нет, но добиваться, конечно, надо, — согласился Шустов.

— Риск тот же, что и у нас, фронтовых бомбометателей, только рейс длиннее у дальних бомбардировщиков.

— Нервишки нужны покрепче.

— И уметь хорошо ориентироваться над вражеской территорией, — вставил Лашин.

— И уметь, если подобьют, дотянуть до своих...

— Посмотри-ка там, чубатый, нет ли еще чего-нибудь интересного в журналах и газетах, — попросил Шустова Георгий. Тот подал ему авиационную газету с заметкой, очерченной карандашом. Лашин взглядом пробежался по строкам заметки и встал.

Послушайте-ка вот это! «В городе Шахты до войны работал инструктором в местном аэроклубе Александр Горовед. Воевать начал в 1941 году летчиком-истребителем. Принимал участие в боях на Северном Кавказе, немало нанес врагу урона в живой силе и технике. В июле 1943 года в оперативной сводке Совинформбюро сообщалось, что летчик, гвардии лейтенант Горовед в одном бою сбил девять вражеских бомбардировщиков. Такого в истории авиации еще не было.

Как же это произошло? 9 июля 1943 года в 19 часов 40 минут пятнадцать наших самолетов вылетели на прикрытие наземных войск на рубеже Владимировка — Ольховатка на Курской дуге. Окончив патрулирование, группа пошла на свой аэродром. Горовец летел замыкающим. Внезапно он увидел группу вражеских бомбардировщиков, хотел сообщить об этом ведущему, но вдруг отказала рация. Не раздумывая, Горовец развернулся в сторону врага и стал дерзко атаковать бомбардировщики. Экономя боеприпасы, он открывал огонь с минимальных дистанций, бил короткими очередями. Атаки следовали одна за другой. Девять бомбардировщиков вогнал в землю отважный воздушный воин. Потом на него обрушились четыре вражеских истребителя, и его горящий самолет упал недалеко от автомагистрали Москва — Симферополь.

Один боевой вылет... А какой великий богатырский подвиг!»

— Я бы поступил точно так же! — воскликнул кто-то из летчиков.

— Хвастаешь, — одернул его товарищ. — Горовец — герой.

— Да, но у него не было другого выхода, — возразил ему Шустов. — Подвела рация...

— Но он мог отвалить от них и не принять явно неравного боя.

— Нет, товарищи, это, конечно, настоящий подвиг. Этот пример нам надо взять на вооружение, — сказал в задумчивости Лашин.

Долго тогда не спалось летчикам. У каждого, пожалуй, роились мысли: а как будет у него? Придется ли бомбить Берлин? Сможет ли поступить так, как Горовец? До рассвета мечтал Георгий Лашин. Будто в тумане, виднелась родная Секретарка. Вспомнил и о близкой сердцу Москве, где остались родители. Защищая кровные интересы нашей страны, теперь он станет наносить врагу смертельные удары с воздуха. Теперь в этом его гражданский долг. Это и есть высшая грань мечты.

Бывший начальник авиационной разведки 861-го бомбардировочного авиаполка гвардии подполковник в отставке В. К. Черниевский рассказывает:

«В осенние дни 1943 года Лашин прилетел из глубокого тыла под Лозовую, где проходила линия Юго-Западного фронта. Командир эскадрильи перелетом Лашина был доволен. Началась фронтовая жизнь. На огромном поле аэродрома стало тесно. С взлетно-посадочной полосы стартуют тяжелые бомбардировщики, набирают высоту и летят они на запад в сопровождении истребителей. Одни идут на посадку, возвратившись с выполнения задания, другие вылетают на задания. Так проходят дни и ночи. Аэродром работает четко, размеренно, круглые сутки. Все это быстро вписалось в фронтовые будни Лашина. И все же чего-то не хватало...».

Георгий запросился в разведку.

— Воздушная разведка — дело тонкое, она трудна даже для опытного летчика, — объяснил ему командир эскадрильи, — а вы прямо из училища, боевого опыта еще нет. По плечу ли?

— Глаз у меня острый, товарищ майор, — отвечал Лашин.

— Этого мало... А впрочем, попробуем, — подумав, решил комэск. — Но учтите, воздушный разведчик должен быть отличным стрелком и таким же безупречным штурманом. Каждый очередной вылет будет непохожим на предшествующий. Придется решать все самому, самостоятельно и главное — безошибочно.

— Постараюсь, товарищ майор, и безошибочно...

— Можете идти.

Выйдя от командира, Лашин думал: «Отличным стрелком... Стреляю я не хуже других. Безупречным штурманом... Это значит летать в любых метеусловиях: при хорошей и плохой видимости, под облаками, над ними, при попутном, встречном или боковом ветре, навстречу ослепляющему солнцу и ночью. Все это мне, конечно, знакомо, но уметь лучше — это сейчас так необходимо».

Во время своих первых разведок «воздушный следопыт» (так называли его товарищи) в труднейших условиях заснял районы Бухареста, Софии, Будапешта и Вены. Особенно запомнился разведочный полет на Будапешт. Летели при сильном встречном ветре. Пришлось пробиваться в надоблачную высь, чтобы уйти от гитлеровских стервятников. Тусклые вечерние огни освещали город. Вот знаменитый арочный мост над Дунаем, соединяющий Буду с Пештом, сверкнул на отшибе Рыбацкий бастион с его древними башнями, дальше гора Геллерт, погруженная в вечерние сумерки. Над станционным скоплением поездов едва сработал фотоаппарат, оживилась противовоздушная оборона. Десятки снарядов разрывались рядом, однако, пренебрегая опасностью, Лашин продолжал фотографировать. Затем взял курс на восток.

Как ни старался, долго не удавалось уйти от светового пучка прожекторов. Вырваться из их объятий не так легко. Самолет метался, ускользая от попаданий, но яркие лучи прожекторов слепили глаза: невидны приборы, теряется ориентировка... Георгий кидал машину вправо, влево, стараясь уйти в ночную мглу... И наконец, тяжесть спала с плеч, как непосильная ноша, когда пересек линию фронта. Сразу почувствовалось дыхание аэродрома.

Участвуя в боевых действиях, Георгий Лашин совершил двести тридцать шесть вылетов, сфотографировал сто пятьдесят восемь населенных пунктов, около ста шестидесяти аэродромов противника, на которых базировалось более пяти тысяч ста семидесяти вражеских самолетов. На его фотопленках было запечатлено сто пятьдесят железнодорожных узлов, где находилось до трех тысяч железнодорожных эшелонов с военной техникой и живой силой врага. Полученные данные быстро обрабатывались и передавались по назначению.

Находясь под непрерывным обстрелом, каждую минуту рискуя жизнью, он фотографировал крупнейшие оборонительные рубежи неприятеля на Днестре, Пруте, Дунае, Тиссе и во многих других районах. Над многими городами Польши, Румынии, Югославии, Австрии, Германии, а также передними частями врага его экипаж сбросил миллионы листовок, звавших население на борьбу с фашизмом, а германских солдат — к сдаче в плен.

Товарищи Лашина шутили по этому поводу:

— Ты, Гоша, приобрел еще одну специальность — крылатого агитатора.

— Да и то, правда, ведь надо, — отшучивался Георгий.

— Мы клюем врага на ближних позициях, а он уже почти всю Европу облетал, — не без восхищения говорили летчики.

— Поклевывайте, скорее закровоточит Гитлер, изойдет кровью изверг...

Живой, никогда не гаснущий оптимизм, неиссякаемый энтузиазм, здоровое чувство юмора не покидали Георгия. В короткие минуты отдыха вспоминал, что происходило в полете, что творилось у противника после его удачной бомбежки. Всегда интересовался последними сообщениями Совинформбюро. Однажды прочитал в газете «Социалистическое земледелие» небольшую заметку о том, что колхозник П.С. Лисюков из сельхозартели «Вторая пятилетка» Сердобского района Пензенской области в ответ на почин саратовского колхозника Ферапонта Головатого внес в фонд обороны на постройку боевых самолетов шестьдесят тысяч рублей из своих сбережений. «Вторая пятилетка»... Да ведь это же в десяти километрах от нашей Секретарки, — вспомнил Лашин. — Значит, и мои земляки неплохо помогают фронту. Это и есть нерасторжимое единство армии и народа, крепнущее единение фронта и тыла!».

Фронтовые события следовали одно за другим. Росла боевая слава смелого воздушного разведчика, выполнявшего самые сложные и ответственные задания командования. 17 июня 1944 года на подлете к Бухаресту его самолет подбил зенитный снаряд. Пламя обжигало лицо, руки. С трудом сбил огонь. Не переставая фотографировать румынскую столицу, передавал по рации важные сведения о замеченных объектах сателлитов гитлеризма.

23 сентября после фотографирования Белграда Лашин благополучно достиг линии фронта. И вдруг резко встряхнуло самолет: задымил правый мотор. До аэродрома оставалось семьдесят километров. В этот момент он неожиданно услышал голос командующего воздушной армией генерала Судец: «Следопыт-101. Следопыт-101. Работали отлично. Благодарю. Я — Гром-1. Прием...».

Лашин понял, что в штабе полка находился командующий. Его слова подбодрили, и он, напрягая все силы и умение, продолжал полет на одном двигателе. Уверенно привел пикирующий бомбардировщик Ту-2 на свой аэродром, своевременно доставил штабу очень нужные фотоданные. Они в значительной мере облегчили решение оперативно-тактических задач наших сухопутных войск.

Экипаж Лашина участвовал в знаменитой Висло-Одерской операции. Однажды, выполнив задание штаба, он возвращался на свой аэродром и оказался свидетелем воздушного боя звена наших истребителей против пятнадцати немецких стервятников. Поддержав своих, он сумел поймать в объектив несколько острых моментов воздушной рукопашной и позже рассказывал корреспонденту армейской газеты, как тройка Як-3 разогнала полтора десятка немецких бомбардировщиков. А затем принялась за автомобильную колонну противника. Подожгла пять машин. Движение затормозилось. В середине колонны взрывались автомобили с боеприпасами и горючим. Немецкие солдаты бросились врассыпную. Итог удара был внушительным: более пятидесяти автомашин сгорели, уничтожены штабные автобусы, убито до двухсот солдат и офицеров. А главное — надолго было парализовано движение неприятеля по важной шоссейной магистрали Лодзь — Познань.

Этим воспользовались передовые части 2-й гвардейской танковой армии. Стремительным рывком они настигли отступавшие группы врага и довершили их разгром, не дав закрепиться на реке Варте.

— Какие прекрасные машины наши «яки», — восхитился корреспондент.

— Хорошие машины... На истребителях Як-3 вдвоем можно драться против четверых, а вчетвером — против шестнадцати...

Журналист торопливо начал записывать. А Лашин его предупредил, улыбаясь:

— Нет, это не я вам говорю. Так рассказывают французские летчики из полка «Нормандия — Неман».

— Благодарю вас. Это же прекрасный материал для целого очерка, — сказал журналист.

— Может быть, — и Лашин подал корреспонденту два фотоснимка. — Это снимки очевидца и в известной мере участника этого боя.

— Еще раз спасибо... Можно вас на будущее просить быть нашим воздушным корреспондентом?

— Если представится возможность, выполню любое задание редакции.

Они дружески закурили.

Свято оберегал Георгий Лашин честь и славу своего.

861-го бомбардировочного полка. Участвовал в Львовской операции, в освобождении Румынии, Болгарии и Югославии. Пятьдесят один раз вылетал экипаж Лашина в глубокий тыл противника, вплоть до Берлина. И каждый раз — удача: доставлял в штаб важные разведданные. Конечно, не без горьких потерь боевых друзей и товарищей.

Исключительно сложным был полет на Берлин в феврале 1945 года. Предстояло глубокой ночью прорваться в небо над фашистским логовом и заснять важнейшие объекты и коммуникации противника.

Снять на пленку цель ночью очень трудно. Ночной автоматический фотоаппарат сработает лишь в тот момент, когда над целью разорвется ФОТАБ (фотобомба, излучающая в момент взрыва свет большой силы), осветив на мгновение нужный для съемки участок. Для получения четкого снимка необходимо, чтобы ФОТАБ разорвалась точно над целью и на определенной высоте, и самолет находился бы точно над разрывом фотобомбы. А сколько при этом непредвиденной опасности ожидает смельчака — ночного воздушного разведчика?! Это же не на испытательном полигоне. В бою, где от начала до конца — неожиданное... И каждое может быть роковым. Истребители, зенитчики могут настигнуть огнем в любое время. Выполнению задания сильно мешает зенитный прожектор. Он может схватить в пучок лучей самолет и не дать возможности открыть затвор фотоаппарата, так как пленка будет мгновенно засвечена. Экипажу надо всячески избежать этого, не дать ослепить себя прожекторным лучом, пока цель не будет сфотографирована.

Все это уже знал Лашин и выработал свою тактику ночных фотосъемок, умело выбирал моменты, когда можно выполнить задание. Он знал и то, что в Берлине исключительно мощной была противовоздушная оборона, серьезно угрожавшая любому прорыву к столице с воздуха. Многое пришлось испытать отважному соколу при выполнении этого важного задания. Только высокая техника пилотирования, чрезвычайная смелость, выдержка и стальная воля воина позволили ему справиться и с этим ответственным поручением командования.

При выполнении разведочных полетов приходилось преодолевать грозу на маршруте, неоднократно вести воздушные бои с истребителями противника, вынужденно садиться на незнакомых аэродромах, а то и просто на полевых неудобных площадках. Не было почти ни одного боевого вылета, чтобы зенитчики или истребители не пытались уничтожить экипаж воздушного разведчика. Иногда противнику удавалось сильно повредить фюзеляж, а то и двигатели, но всякий раз с пробоинами или на одном моторе экипаж, выполнив задание, возвращался на свою территорию. Сколько раз Лашину приходилось вступать в открытый бой, и ни разу он не посрамил звания советского офицера-летчика. Он уничтожил три истребителя, тринадцать автомашин, три орудия, четыре танка, разбомбил девятнадцать вагонов с военными грузами, несколько вещевых складов и вывел из строя более пятидесяти солдат и офицеров противника.

За проявленный героизм в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками Георгий Иванович Лашин в августе 1945 года был удостоен звания Героя Советского Союза.

После победоносного окончания войны Г.И. Лашин продолжал службу в советских войсках, дислоцировавшихся на территории Румынской Народной Республики. В апреле 1946 года он трагически погиб при выполнении ответственного задания командования. Похоронен герой в Москве.

10 мая 1968 года в московской средней школе №212 установлена мемориальная доска и открыт музей Героя Советского Союза Г.И. Лашина. Состоялась встреча ветеранов войны, где присутствовали отец и мать героя.

Сохраняют в памяти образ своего земляка сердобчане и жители села Секретарка. Время не сотрет этой памяти. В день тридцатилетия Победы над немецко-фашистскими захватчиками в секретарской восьмилетней школе открылся школьный краеведческий музей, в котором видное место заняла экспозиция материалов о боевых подвигах Героя Советского Союза Г.И. Лашина.

Н. Бульин

«Герои и подвиги» (Сборник очерков), Саратов, Приволжское книжное издательство, 1976 год)

При составлении биографических данных о Героях Советского Союза были использованы архивные материалы и сведения из Интернета.

 

http://penza.rfn.ru/rnews.html?id=302771&cid=7

 

Сотрудники ОМОНа отпраздновали 22-летие отряда

 

01.04.2015

 

1 апреля 1993 года в России был учрежден отряд милиции особого назначения.

«Тогда еще не было четких инструкций относительного того, чем должен заниматься ОМОН, но подразумевалось использовать его в случае серьезных массовых происшествий», - рассказал начальник УВД Пензенской области Александр Пронин (1983-1998 гг.).

Сложная социальная обстановка в стране потребовала от сотрудников ОМОНа высокого профессионализма. Пензенский отряд многократно участвовал в боевых действиях на Северном Кавказе, терял людей.

«Пусть годы службы прибавили нам седых волос, но этот путь пройден не зря. Спасибо вам!» - обратился к присутствующим ветеран ОМОНа Игорь Романов.

В Пензе в день рождения ОМОНа его ветеранов премировали небольшими подарками.

 

http://www.penzainform.ru/news/social/2015/04/01/sotrudniki_omona_otprazdnovali_22-letiya_otryada.html

 

Служат и  не тужат землякиСлужат и не тужат земляки

 

01.04.2015

 

Под таким заголовком в газете «Красная звезда» № 52 от 27 марта вышла публикация о службе кузнечан на ракетном катере с одноименным названием города «Кузнецк». Все шесть человек призывались в конце прошлого года. Автор материала Владислав Павлютник взял интервью у ребят. Комментируя свою службу, каждый отметил, что служить на именном корабле почетно и интересно, несмотря на то, что приходится много работать. Читайте электронную версию газеты

Напомним, шестеро кузнечан из числа лучших призывников впервые в 2014 году удостоены чести проходить военную службу на Балтийском флоте на ракетном катере «Кузнецк». 21 декабря в торжественной обстановке Дмитрий Мурашкин, Дмитрий Макаров, Павел Антонов, Никита Кузин, Олег Корчев, Азат Азисов приняли присягу. Для каждого из них это стало самым важным и ярким событием.

Торжественное имянаречение ракетного катера Р-129 состоялось в апреле того же года. Договорённость о его в переименовании была достигнута между командованием Балтийского флота и администрацией города Кузнецка в рамках соглашения о шефских связях города и соединения ракетных кораблей и катеров Балтийской военно-морской базы флота. По старой традиции команду для подшефных кораблей формируют из матросов, призванных из этого города.

"Кузнецк" — ракетный катер проекта 12411Т, предназначенный для уничтожения боевых кораблей, транспортов и десантных средств противника, усиления противовоздушной обороны групп кораблей, транспортов, ракетных и торпедных катеров от низко летящих средств воздушного нападения, прикрытия этих групп от атак легких сил противника.

Вооружён 76-мм артиллерийской установкой АК-176, двумя 30-мм зенитными артиллерийскими комплексами АК-630, четырьмя пусковыми установками противокорабельных ракет "Термит", а также переносными зенитными ракетными комплексами.

 

http://gorodkuzneck.ru/news/id/6609

 

Камешкирские ребята будут служить по всей территории России

 

02.04.2015

 

Первого апреля начался весенний призыв в Российскую армию

 

Первого апреля начался весенний призыв в Российскую армию. Юноши призывного возраста, проживающие в Камешкирском районе, первого и второго апреля проходили медицинское освидетельствование, а компетентная призывная комиссия выносила вердикты, кто годен к военной службе или кому положена отсрочка.

Начальник отделения подготовки и призыва граждан к военной службе отдела областного военкомата по по Неверкинскому и Камешкирскому районам Андрей Пахомов рассказал, что этой весной ряды Вооруженных сил пополнят двадцать камешкирцев. Всего же лиц призывного возраста в районе больше. Часть из них признана негодной к строевой службе, но немало и таких, кому предоставляется временная отсрочка по различным причинам.

Сотрудник военкомата поведал, что камешкирские новобранцы будут служить в различных воинских частях и на кораблях Военно-морского флота по всей России. При этом те, кто обзавелся семьей, имеет ребенка, либо если родители призывника являются пенсионерами или инвалидами, будут направляться на военную службу поближе к малой родине.

 

http://www.nov58.ru/news-10-2842.html

 

Пензенский Герой Милюков после войны снял более 40 фильмов на Одесской киностудии

 

02.04.2015

 

Слова для песни «Моя Москва» написал лейтенант Марк Лисянский в 1941 году. Проезжая через столицу на фронт, он отдал его в редакцию «Нового мира», и в декабре 1941 оно было опубликовано. Весной 1942 года знаменитый композитор Исаак Дунаевский написал мелодию, но его устроила лишь первая строфа текста Лисянского, потому для песни остальные слова сочинил режиссер оркестра Дунаевского Сергей Агранян. В итоге, самому Лисянскому в приведенном выше варианте принадлежит первый куплет и вторая половина третьего куплета. Однако это как раз и самое важное для пензенцев. Почему? Потому что образ дважды воскресшего бойца, описанного в первом куплете песни, напомнил пензенскому Герою Александру Милюкову самого себя — участника многих танковых сражений. Двадцать два раза горел он в танке, на двух братских могилах выбито его имя. А он остался жив. После войны закончил ВГИК, работал на Одесской киностудии.

Он лично услышал песню в 1974 году. Вот как этот эпизод описывается в третьем издании книги «Герои и подвиги»: «Александр Милюков получает приглашение на праздничный огонек, посвященный Дню Победы, в Москву, на Центральное телевидение. Ехал с радостью. Предстояла встреча с хорошим человеком, старым другом Яковом Павловым.

И вот 9 мая 1974 года сидят они за одним столиком на московском телевизионном огоньке, хоть и пытались рассадить их режиссеры, вспоминают былые встречи, не вернувшихся с войны друзей-товарищей.

Подходит к ним, двум Героям Советского Союза, певец Юрий Гуляев и дарит песню Дунаевского, обращая свое внимание больше на Милюкова. Павлов хитровато посмеивается, слушая мелодию.

...Я по свету немало хаживал,

Жил в землянках, в окопах, в тайге,

Похоронен был дважды заживо,

Знал разлуку, любил в тоске.

Глянул Александр на друга Якова укоризненно: что ж ты выдал мою тайну!».

Пригласили на телевизионный огонек Александра Милюкова в качестве почетного гостя уже после войны. Вернемся же в самое начало истории Героя.

Александр Иванович Милюков родился 19 марта 1923 года в селе Наровчат Пензенской области в крестьянской семье. Окончил 10 классов и школу Гражданского воздушного флота.

В Советской Армии с 1941 года. На фронтах Великой Отечественной войны с 1942 года. Воевал механиком-водителем тяжелого танка КВ, а затем пересел на средний «Т-34», и вскоре стал командиром танка. В феврале 1943 года в боях за город Харьков его экипаж одержал первую победу над «тигром». В самый разгар боев на Курской дуге в смертельном поединке «тридцатьчетверка» Милюкова уничтожает «пантеру», а затем еще три немецких «тигра».

В 1944 году А.И. Милюков окончил Саратовское танковое училище.

Командир танковой роты 53-й гвардейской танковой бригады гвардии младший лейтенант А.И. Милюков с 25 по 29 апреля 1945 года в уличных боях в Берлине под огнем противника проделывал проходы в заграждениях, уничтожал огневые точки врага, чем обеспечивал продвижение вперед стрелковых подразделений. Был ранен, но не покинул поле боя.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 июня 1945 года Милюкову Александру Ивановичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

 

 

 

После войны лейтенант Милюков — в запасе. В 1955 году окончил Всесоюзный государственный институт кинематографии, длительное время работал кинорежиссером на Одесской киностудии. Здесь же, в качестве актера снялся в художественном фильме «Авдотья Павловна» (1967 год).

Всего Александр Милюков создал более 40 фильмов. Один из них — биографический «Экипаж машины боевой», который рассказывает о его боевом экипаже, фильм, где он проявил себя как сценарист и режиссер.

А именно, он написал сценарий о своей военной молодости, вспомнив случай поистине удивительный. Произошел он летом 1943 года, во время затишья перед началом великой битвы на Курской дуге.

Немецкому асу-танкисту в период противостояния двух армий пришла в голову эксцентрическая идея — осуществить в бронированных машинах нечто вроде средневекового поединка. «Я визифайт тебя на туэль. Отин-на-отин. По-ритцарски!» — обратился он, выйдя на нашу волну, к Сане Меньшову, командиру «Т-34» с надписью на борту: «Пенза мстит!». Асу уже хорошо был знаком танк с этой надписью, не раз они сталкивались на поле боя, и у Сани был свой, особый счет к фашисту: он расстрелял танки двух его лучших друзей.

 

 

И поединок состоялся. Сцена поединка поставлена и снята так, что в иных местах дух захватывает от напряжения боя и остроты ситуаций. Машины не воспринимаются просто бездушным металлом. Танкисты нерасторжимо связаны со своей техникой, так, как если бы то были не танки, а боевые кони.

Скончался Александр Милюков 1 марта 1992 года. Похоронен в городе-герое Одессе.

 

 

В газете Наровчатского района «По заветам Ленина» от 30 ноября 1976 года опубликована статья «Дважды воскресший» краеведов Дома пионеров, которые собрали материал о земляке, Герое Советского Союза Александре Милюкове.

На одной из встреч Александр Иванович лично подарил школьникам одесскую газету «Комсомольская правда» от 03.01.1985 года, где помещена большая статья о его боевом пути. Ее автор Ю. Гейко:

«Пишу после смерти...»

Поколение за поколением вот уже целых сорок лет осмысливает в жизни и в искусстве неполные четыре года войны. Почему так? Ответ, наверное, таится в этих годах.

Они, фронтовики, могут забыть день рождения внука, получения пенсии или еще что-нибудь очень важное, но прислушайтесь к беседам ветеранов, когда они сыплют названиями фронтов и номерами гвардейских дивизий, названиям безвестных деревень, высоток и квадратов, датами наступлений и отступлений, форсирований и ранений, фамилиями и именами... Цвета, запахи, звуки... Они помнят сорокалетней давности травинку перед прицелом и могут нарисовать (если б умели!) лицо человека, передергивающего на краю окопа затвор «шмайссера». Они помнят черный зрачок его ствола и только в снах ноги у них делаются ватными, а душу сотрясает запоздавший на сорок лет шоковый страх.

Они уходят. Один за другим. И вместе с ними уходит что-то большее, чем рассказы, память, мемуарные и дневниковые строчки. Вместе с ними уходят и никогда больше не оживут их сны, их беды, их счастье от возможности дышать, от белой простыни и теплого одеяла, от простого, не стреляющего солнечного дня.

... Эй, ПЕНЗА, ты живой? — вырвался из рации чужой голое. — Ты не сгорел в своем танке? Но я буду тебя поджигать еще — до смерти...

— Это он! «Хитрющий»! — крикнул Гриша Чумак, заряжающий орудия.

— Вот фашист, нашу волну отыскал... Милюков схватил микрофон, щелкнул тумблером:

— Я-то живой, а ты откуда, гад, так русский знаешь?

— Встретимся — расскажу, широка твоя страна родная... Ну что, выйдешь на своем колхозном тракторе против моей «пантеры»? Один на один, по-рыцарски?

— Хоть сейчас.

— Давай сейчас, только напиши завещание... — голос умолк, и экипаж «тридцатьчетверки» на секунду замер, глядя на командира.

— Ну что, парни, я ему все правильно сказал? — спросил Милюков и, окинув лица одним взглядом, добавил:

— По местам.

Он мечтал летать, секретарь комсомольской организации средней школы Наровчата Пензенской области. А не ползать на гусеницах. Только окончил Пензенское авиаучилище ГВФ, и началась война. Послали в Борисоглебск переучиваться на истребителя. До фронта, до боев оставалась всего лишь одна посадка — посадка в его последнем учебном полете. Но сильный боковой ветер, который он не учел, сдвинул на несколько метров самолет: шасси попало в канаву, истребитель «скапотировал», а Милюков от удара головой потерял сознание.

Сильный боковой ветер смешал всю eгo судьбу: ухудшилось зрение, и для авиации Саша стал непригоден.

В госпитале оказался в одной палате с Володей Ивановым, механиком-водителем КВ. А поскольку Саша играл на гитаре, пел, характер имел исполнительный и веселый, расставаться с ним танкисту не захотелось.

— Слушай, ты же рацию знаешь, она одинаковая и на танке, и на самолете, — сказал он однажды перед выпиской. — Пулемет за два дня изучишь — иди к нам в экипаж стрелком-радистом!

Имел Володя на груди уже тогда, в начале войны, две Красные Звезды и медаль «За отвагу» — как такого не послушаться! И восемнадцатилетний Милюков соврал на комиссии, сказал, что он танкист и что документы его сгорели в танке.

В первом же бою под Брянском у деревни Ольшаный Колодец их подбили: KB с перебитой гусеницей замер на нейтральной земле, в самом пекле. Лобовую броню KB немецкие снаряды не брали, но звон и грохот от их ударов стоял неимоверный, секла в кровь лица и руки окалина, а они вели бой, пока одним из попаданий не заклинило башню. Лишь когда стемнело, их отбуксировали в тыл. В броне KB торчало 17 вварившихся в нее, но не пробивших немецких бронебойных головок; экипаж всю ночь выковыривал из-под кожи окалину.

Опять резервный полк, опять «безлошадный». Быть стрелком-радистом ему расхотелось. «Механик-водитель — бог боя и хозяин машины», — часто говорил Иванов Володя и гонял «молодого» как мог: всему тот научился. Да и что за сложность — танк для летчика, человека, который знает уравнение Бернулли, законы аэродинамики и сложных расчетов! Пришлось опять соврать начальству, что он, мол, механик-водитель, а документы сгорели. Направили Милюкова на тарификационную комиссию. Вождение в боевых условиях он сдал отлично, а уж устройство!.. Собственными руками всю машину не раз перебрал — в то время его мускулатуре любой спортсмен мог бы позавидовать.

Вечером не удержался, раскрыл перед Володей новенькие «корочки»:

— Второй класс тебе дали? Ну ты, Пенза, даешь, сукин сын, — научил на свою голову!..

В том-то все и дело, что у самого Володи класс был ниже — третий.

Получил Саша новенький «Т-34». Не изменяя своему правилу, разобрал и опять его собрал: кто сказал, что танки ползают? У него летать будет!

…«Тридцатьчетверка» Милюкова вылетела из капонира, как ласточка: где и когда встретишь еще этого хитрющего немца? А фашист был асом, при второй с ним встрече Милюков это понял: крутилась «пантера» змеей под их снарядами. И Милюков не орал на командира орудия Семена Брагина, видел, что это не он мажет — немец уворачивается. Ушел он тогда, во второй раз. А в первый — чудом ушли они. От смерти. Двумя снарядами прошила «тридцатьчетверку» та «пантера». Именно та, он ее никогда не забудет. И откуда она только взялась? Как не заметили ее в горячке боя? Ас, немец, ас. Он и в бой входит во втором эшелоне, на готовенькое, когда видны и цели, и расстановка сил: пощелкает наших и исчезает, прикрываемый своими, словно привидение: как можно упустить такой случай?».

Милюков знал, что действия без приказа наказуемы, что даже победа может не спасти его от трибунала, но что же другое мог он ответить немцу?! А если он проиграет, судить будет некого — на этот раз «пантера» его живым не отпустит. Место поединка было чистое, безлесное, но неровное: балки, овраги. Где произойдет встреча? Этого не знал никто. Сотни глаз с обеих сторон линии фронта провожали машины, и многие недоумевали: на что, сходясь лоб в лоб, рассчитывает «тридцатьчетверка»? Ведь ее лобовую броню пушка «пантеры» пробивает с километра, а орудие «тридцатьчетверки» опасно для немца метров с трехсот. Пусть у «танюши» скорость в два раза больше, но что при атаке лоб в лоб от нее проку? Все равно семьсот метров она будет беззащитна, целых семьсот метров! «Пантер» в то время у гитлеровцев были единицы, и в боях они участвовали эпизодически. Когда на «Т-34» увеличили калибр орудия, он превзошел «пантеру» по всем статьям и впоследствии был признан лучшим танком Второй мировой войны.

Сырой февральский рассвет застал танковую колонну на марше. Неожиданно из тумана выступили дома, строения — что это? Зашуршали картами, но тотчас в наушниках прозвучал приказ:

— Вперед! На Харьков!

Здесь они впервые встретились с «тиграми». Вынырнуло их из балочки десять против восьми замаскированных «тридцатьчетверок». «Не стрелять! — прозвучало по рации. — Подпустить поближе».

Подпустили, дали залп. Искрами брызнули снаряды по броне «тигров», но не пробили ее. Подпустили еще, опять залп, и опять не пробили: идут «тигры». И тут уж дали залп они. Снаряд попал в моторное отделение милюковской «тридцатьчетверки», вспыхнул огонь. Саша пытался закрыть все люки, жалюзи, чтобы огонь задохнулся, но чуть не задохнулся сам. Экипаж выбрался и побежал полем, а Милюков на прощание оглянулся — это был его третий за войну танк. Милюков оглянулся и не увидел над своей машиной ни дымочка. Рванул назад. «Стой!» — услышал вслед, но не мог же бросить он машину! Все видели, как распахнул он башенный люк. Все видели, как ударило из него пламя, и через секунду раздался взрыв кормовых топливных баков. Все видели, как подпрыгнула «тридцатьчетверка», как полетели в небо куски брони, и тело механика-водителя скрылось в дыму и пламени.

«Погиб на глазах экипажа» — такая строчка появилась в тот вечер в соответствующих документах против фамилии «Милюков». Похоронная комиссия подобрала останки — что от человека остается после такого взрыва! — шлемофон, ботинок... Захоронили все это и на фанерную пирамиду повесили табличку.

Агафья Михайловна Милюкова получила похоронку. Но не могла прикоснуться к той пенсии, что назначили ей за погибшего Сашу. Ее аккуратно приносили пионеры и каждый раз торжественно и молчаливо салютовали тонкими ручонками, а она складывала деньги стопочкой и чувствовала: истрать она хоть копейку и потеряет право верить в чудо.

А чудо скоро случилось: пришло от Саши письмо. Но без даты оно было, а похоронка с датой, и мать, перечитывая и обливаясь слезами, отписала: "Сынок, получила я на тебя похоронку, да не знаю — почту ли клясть или благодарить судьбу. Скажи: письмо твое до нее, смерти этой, писано или после?..».

А когда уж второе получила, руки не слушались, глаза не видели сыновних строчек: «...После, мама, пишу после смерти...».

Он мог бы много написать ей о своем чудесном спасении. О том, что между ним и взрывом оказалась башня, которая закрыла его от осколков, что контузившая его взрывная волна отбросила далеко от огня. Что, очнувшись ночью, он почувствовал, что вмерз в землю и правая сторона тела его почти не слушается; что наши войска ушли из Харькова, и несколько ночей он догонял их, ковыляя на восток по пашням, лесам и пепелищам и отсиживаясь днем в подвалах, сараях, на чердаках... А как расскажешь о том, как, набросив мешок на голову, Милюкова взяли «в плен» советские разведчики, приняв то ли за «языка», то ли за дезертира, и хотели пустить в расход за то, что молчит. А он смотрел на них умиленно, нежно, но молчал вовсе не из-за счастья — язык у него чудовищно распух и отказался повиноваться. Написать что-нибудь — рука не действует, так и стоял чурбан чурбаном, пока не появился капитан, оглядел его, «языка» без языка, его пропахшую соляркой телогрейку, его руки, лицо и бросил коротко: «В госпиталь!».

…Они увидели друг друга одновременно, и ствол «пантеры» тотчас же блеснул пламенем: немец не хотел терять ни метра преимущества из тех семисот. Снаряд вонзился в землю совсем рядом; Милюков взглянул на секундомер и скомандовал: «Не стрелять». Впрочем, он мог бы об этом и не говорить. Скорость — вот что сейчас было нужнее всего, и по ровной грунтовке Милюков пролетел бы эти семьсот за сорок секунд — да, да, под восемьдесят километров в час ходила его «тридцатьчетверка», хотя по паспорту ей полагалось не более шестидесяти! Воистину летала, не ползала, но и за эти секунды успел бы немец влепить в него три снаряда. А здесь не дорога, местность неровная, камни, овраги — ревет мотор во всю мочь, а «танька» катится, где тридцать, а где и вовсе двадцать. Как ни крути, меньше чем за полторы-две минуты эти семьсот не пройдешь — десяток, а то и полтора снарядов выпустит немец за это время при своей скорострельности, как от них спрячешься? А вот он и вовсе встал — правильно, зачем ему-то спешить, да и целиться несравнимо удобнее...

Так на что же рассчитывал Милюков, командир танка, пересаживаясь за рычаги и выводя машину на ту дуэль, которая больше походила на расстрел? На машину? Да. Но прежде на мастерство. Свое и экипажа. В пушку его, мастерство, вместо снаряда не затолкаешь, броневой лист им не усилишь, а вот угадать момент вражеского выстрела, рвануть за секунду до него рычаги, увильнуть, торжествующе увидев, как в то самое место, где ты только что был, врезалась бронебойная болванка, и снова газануть вперед - это он мог. И это он сделал, увидев, как «пантера» замерла, и, поняв, что в следующее мгновение она выстрелит.

— Двенадцать секунд, командир! — крикнул после второго выстрела Коля Лукьянский. — Двенадцать!!!

Милюков и сам засек, что между первым и вторым снарядом немца прошло двенадцать секунд. Перед танком оказалось метров двести ровного поля, и Саша дал полный газ: по-прежнему, молча. Не стреляя, вильнувшая было «тридцатьчетверка» метнулась вперед. — ...Девять! Десять! Одиннадцать!! — заорал опять Лукьянский, и Милюков что есть силы рванул на себя оба бортoвых фрикциона. Танк замер, а снаряд немца прямо перед ним вспорол землю.

— Вперед!

Да, сейчас они крутятся точно так, как крутилась в последнем бою под их пушкой эта вот «пантера», но она крутилась, убегая, а они наступают. Хватит ли у немца нервов не нажать спуск, когда снаряд уже в казеннике, а смерть неумолимо приближается? Хватит ли воли сделать паузу, обмануть, подарить и несколько секунд, и полсотню метров перед собой, чтобы забрать потом жизнь, когда «тридцатьчетверка» растет в прицеле неестественно быстро — что за мотор у этого русского? Нет — снова двенадцать секунд, и гремит выстрел «пантеры». И снова Милюков уходит от смерти!

— Снаряд! — кричит он, наконец, долгожданное.

— У кузне! — Гриша Чумак давно, еще в капонире, запихнул бронебойный и давно уже, очень давно, сжимает в руках второй: — У кузне снаряд!!— повторяет он свою присказку. Сеня Брагин уже столько держит «пантеру» в прицеле, что занемели пальцы, кажется, что от одной ненависти его взгляда может расплавиться ее броня!

Но стрелять еще рано, еще немножечко рано...

Только спустя двадцать пять лет попадет он опять в Харьков транзитным пассажиром. Поедет на ту окраину, которую видел когда-то в сыром тумане и черном дыму. И не узнает ее: вместо курных изб — двадцатиэтажные махины. Где горела его «тридцатьчетверка», где вмерзал он, беспамятный, в землю? Может быть, здесь, у витрин универмага? А может, в этом парке? Вон в нем и мемориальный комплекс есть с макетом танка и фамилии погибших — золотом на граните.

«Вечная слава»... И окатит Александра Ивановича холодной волной, когда под номером четырнадцатым в списке он увидит: «Гвардии старшина Милюков А.И. — механик-водитель». Пойдет бывший танкист в горком партии, чтобы сказать, что жив он, что работает режиссером на Одесской киностудии, снимает научно-популярные фильмы и в Харькове проездом на съемки. И исчезнет с того дня его фамилия из списка погибших, а четырнадцатую строчку займет прочерк: золотистая металлическая пластина. «С удовольствием будем читать вашу фамилию только в титрах», — скажут ему харьковчане.

…Милюков аж охнул, когда «пантера» дернулась и резво покатилась задним ходом, не переставая нащупывать его пушкой. Охнул сначала радостно: «Сдрейфил немец!», а потом охнул еще раз, когда увидел, что впереди овраги и его преимущество скорости и маневра здесь практически равно нулю; он понял, что достанет «пантеру» на выстрел перед немецкими позициями, которые совсем рядом. А там — батарея, да и в танк ведь еще попасть надо! Милюков не знал теперь, зачем он выжимает из двигателя все пятьсот пятьдесят лошадиных и даже больше, зачем один летит на вражеский передний край, бьет машину, швыряя ее, то в сторону от снаряда, то в камни, овраги, ямы — туда, где лежал кратчайший путь к улепетывающей «пантере». Сейчас, в такой ярости и ненависти, и он, и его ребята могли бы сражаться со всем враждебным миром.

Да, они тоже были асами танкового боя, и знали об этом все. Не случайно именно им поручали то пройти непроходимое болото, то проникнуть в партизанский отряд и возглавить его операцию, то разведку, то прорыв. Не случайно танк Милюкова первым форсировал Десну по ее дну и — точно так же будет еще форсировать Ирпень, Шпрее, Нейсе, первым выйдет в тыл ставки Гитлера под Гольсеном, и командир танкового соединения прокричит тогда Милюкову по рации: «Ты что, летать научился?».

Танк Милюкова взбесит пикирующего на него летчика своей живучестью, и тот затянет пике в азарте так низко, что будет сбит на выходе из него взрывной волной собственной — опять промазавшей — бомбы. Не случайно один из тех танков, которые ворвутся в Берлин, имея в «боекомплекте» алое знамя Победы, будет танк Милюкова. Правда, ему «не повезет» — опередят Егоров и Кантария, и тогда Александр собственными руками установит знамя совсем неподалеку от рейхстага, на Александерплац, над штабом войск СС.

Да, он станет асом, пройдя университеты в самых страшных местах самой страшной войны: Сталинград, Курская дуга, битва за Киев, Берлин. Останется жив, выбираясь из сгоревших, взорванных, расстрелянных тринадцати боевых машин!

Но многое из рассказанного будет потом, и Милюков, преследуя «пантеру» «хитрющего» еще ничего об этом не знает, но и сейчас ясно, что не случайно именно его позывной, именно «Пензу» искал в эфире фашист, «по-рыцарски» убегающий под прикрытие. И не зря искал!

...Ни разу немец не повернулся к «тридцатьчетверке» уязвимым бортом, аккуратно катился задом. Но что он мог сделать, когда оказался перед «пантерой» крутой спуск и лишь на секунду, задрав в небо пушку, она показала днище? И этой секунды хватило для того, чтобы точно в него влепить бронебойный снаряд!

В «тридцатьчетверке» орали и хохотали от восторга, словно дети, видя, что занялась «пантера» факелом, что рвутся в ней снаряды, что не открылся даже ни один люк. Их отрезвил, пожалуй, только голос комбата по рации:

— Дуэлянт! Гасконец пензенский! Под трибунал пойдешь, понял?

Саша взялся за рычаги и, разворачивая машину, подумал о комбате с благодарностью: молодец, что не под руку — понимает. Но дойти до своих не пришлось — начался бой, а Милюков был к немцам ближе всех. В том бою он сжег три «тигра», размесил с землей несколько орудий с расчетами — вот и думай, комбат: то ли судить Милюкова, то ли награждать?..

Может быть, кто-то скажет, что приукрасил корреспондент, ну как он может даже со слов очевидца воспроизвести так картину поединка: кто как посмотрел и кто что подумал?

Могу. Потому что видел тот бой собственными глазами, хотя и родился после войны. Видел судорожные руки, наводящие орудие, белобрысого Семена Брагина, погибшего в день Победы в Кенигсберге. Видел пьяного от счастья после боя с «пантерой» Колю Лукьянского — погиб Коля в Берлине второго мая: вылез из люка посмотреть фашистскую столицу, а «гитлерюгенд» восемь пуль всадил ему в спину. Видел заряжающего Гришу Чумака и слышал собственными ушами его присказку, которой он провожает каждый снаряд: «У кузне!..». Неизвестна Милюкову его судьба: «Может, увидит фильм и откликнется», — говорит он, Герой Советского Союза, автор сценария художественной картины, снятой недавно на Одесской киностудии. Называется она «Экипаж машины боевой» и рассказывает именно о поединке с фашистским асом.

Во сколько сценариев, повестей, романов уложится такая вот жизнь? Наверное, отдельная была бы история о том, как стал он после войны секретарем Наровчатского райкома комсомола, как стреляли в него из обрезов те, кто воровал по ночам зерно из бункеров хлебоуборочных комбайнов: «Шапку жаканом сбили, но не попали».

Наверняка фильм можно снять и о том, как он, студент сценарного факультета ВГИКа, секретарь институтской комсомольской организации, вел однажды собрание, затянувшееся на два дня. Критиковали Министерство кинематографии (было такое) и спрашивали у присутствующего здесь же замминистра: «Когда же о нас позаботится министерство?».

Статья под таким заголовком появилась в декабре 1951 года в «Комсомолке» и была подписана так: «По поручению комсомольского coбрания ВГИКа А. Милюков, И. Владимирцева, Г. Чухрай, С. Ростоцкий». Кому мы нужны, спрашивали в ней комсомольцы, ведь фильмов в год делается единицы, а нас, получающих дипломы, сотни! В статье говорилось что «позиция коллегии Министерства кинематографии во главе с министром кинематографии тов. Большаковым по существу ничем не отличается от точки зрения тов. Переславцева (зам. министра. — Ю.Г.)», который критику комсомольского собрания квалифицировал как «проявление нездоровых настроений и паникерства».

Поменяли министра. Hапряженный был бы фильм.

А может, когда-нибудь Милюков снимет картину о последнем своем бое — 7 мая? О том, как рванули они из Берлина спасать Прагу, на помощь ее восставшим, истекавшим кровью? Был приказ «Машин не жалеть. Скорость танков решает судьбу города». И плавились от оборотов подшипники, рассыпались коробки и гусеницы. Его «ласточка» дошла бы, но нарвалась под Дрезденом на засаду: 12 врытых в землю «тигров» противотанковая батарея зениток... Прямое попадание в «тридцатьчетверку». Экипаж, увидев залитого кровь командира, покинул машину и доложил, что Милюков погиб.

«Так кто ж тогда ведет бой?» — спросило у них начальство. Да, их «тридцатьчетверка» жила: горел зажженный ею «тигр» и падали под пулеметами фашисты. Это Милюков пришел в сознание. Экипаж вернулся к своему командиру, но второй жизни оборвал.

А летом 1968 года получает мама Александра Ивановича письмо:

«Уважаемая Агафья Михайловна!

Нам воинам-интернационалистам, проходящим службу в ГДР, удалось узнать Ваш адрес. Рядом с нашей частью находится могила Вашего сына, гвардии лейтенанта, танкиста Александра Ивановича Милюкова. Спасибо Вам, матери, воспитавшей такого человека. Мы следим за могилой: «Никто не забыт...».

Агафья Михайловна переслала письмо сыну и, пока он не прислал ответ, мучилась: как он там, ведь море все же? А сын был в экспедиции, снимал очередной фильм под названием «Море вас ждет».

— Я написал туда, в часть, о том, что жив-здоров, но ответа так и не получил, — говорит Александр Иванович.

А может, напишет когда-нибудь он (или кто-нибудь другой) об этой его жизни? И будет в той толстенной книге одна маленькая главка о том, как снимал он свой «Экипаж...». Как мучительно искал «натуру», как внимательно вглядывался в актерский экипаж, как замерло сердце, когда сел сорок лет спустя за свежевыкрашенные рычаги и вспомнил свои — отполированные руками, как уговаривал оператора не строить макет танка в студии, а снимать «живьем», с рук, в настоящей «тридцатьчетверке»: «Найду я тебе два метра до фокуса, в танке найду, не такой уж он тесный! И свет поставим...». И снимали, и ставили: «Двадцать девять тысяч рублей сэкономили на декорациях», — улыбаясь, говорит Александр Иванович.

Он сценарист. Но на съемочной площадке был и консультантом, и художником, и инженером, и разнорабочим — не мог не быть. И удивлялся, что такие привычные «киношные» слова режут его слух: «натура» — минированная балка, «грим» - обожженная кожа, «реквизит» — раскаленный от стрельбы автомат, «костюм» — тлеющая на спине телогрейка или промасленный комбинезон. Он и теперь слово «декорации» говорит с усилием.

Потому что все это — его жизнь».

В селе Наровчат Пензенской области в честь Героя Советского Союза А. И. Милюкова установлен обелиск.

Жизнь и подвиг Героя увековечены также в очерке пензенского журналиста. В проекте телеканала «Россия 1. Пенза», посвященном Героям-пензенцам, предлагаем познакомиться с ним.

 

Трижды воскресший

Из наградного листа:

«...В боях за город Гольсен лично сам уничтожил: один тяжелый танк, один средний танк и до пятидесяти солдат и офицеров противника. В боях за город Барут уничтожил одно противотанковое орудие, восемьдесят автомашин, сорок солдат и офицеров противника. В уличных боях в Берлине под сильным огнем противника он таранил один завал, при этом уничтожил один зарытый танк, четыре зенитных орудия, шесть пулеметов и до семидесяти солдат и офицеров противника. За мужество и умелое руководство своим подразделением командованием батальона выдвинут на должность командира роты. Героически сражаясь за Родину, не щадя крови и своей жизни на подступах к г. Дрезден, в тяжелом бою уничтожил в засаде один тяжелый немецкий танк и до шестидесяти солдат и офицеров. Будучи тяжело ранен, не покидая поля боя, продолжал выполнять боевую задачу...».

Все это было написано в победном сорок пятом о гвардии лейтенанте Александре Милюкове. До этого были огненные версты, пламя горящих сел и городов, вспаханные снарядами родные нивы, бои в Сталинграде, на Курской дуге, Корсунь-Шевченковская битва, форсирование Десны, Днепра, Шпрее, Нейсе...

* * *

...Может быть, секунды, а может, минуты лежал он, уткнувшись лицом в жесткий срез свежей стерни. Пуля, пропев, сбила увернувшийся из-под мотовила комбайна колосок и ушла куда-то дальше в степь. Война научила, интуитивно почувствовав опасность, упасть раньше выстрела. То было на войне.

Но сейчас ведь не война. Нелегкие, голодные, но все же долгожданные первые послевоенные мирные годы. И ты — не лейтенант, командир танковой роты, а секретарь райкома комсомола. Прибежал вчера в Наровчат парнишка, совсем еще мальчик, только позавчера вручал ему комсомольский билет: так, мол, и так, Александр Иваныч, воруют хлебушек мужики прямо из-под комбайна. На головах мешки, в руках обрезы... Такое редкость, однако ж, кое-где случалось.

Сам решил Александр проследить. И вот лежит сейчас на стерне. Пугнул, правда, вражину двумя выстрелами из пистолета да чуть сам не остался на этом поле. Но, видно, судьба счастливчика...

У кого это? Кажется, у Николая Грибачева: никто не сумеет сказать, сколько мыслей может пронестись в голове человека за одно короткое мгновение, — они летят быстрее света, в каких-то немыслимых сечениях и ракурсах, совмещая прошлое с будущим, козявку, ползущую по рукаву гимнастерки, со звездными безднами Вселенной. Можно все вспомнить и представить, даже самое невероятное. Случаются такие мгновения.

А ему, секретарю комсомольскому, было, что вспомнить в ту минуту, когда над головой близко взвизгнула бандитская пуля. Чего только не перевидал, не пережил за годы войны. Но труднее всего забыть начало.

* * *

22 июня подняли по тревоге курсантов Пензенского авиаучилища ГВФ. Выстроили. Командир эскадрильи латыш Самолис, двухметрового роста мужчина, будто выдавил тяжелый вздох:

— Мальчики, война...

В тот же день экипаж Милюкова направили в Борисоглебское училище. И летать бы ему, громить вражеских асов, да незадача, разбился в учебном полете: подвела машина. В госпитале познакомился с танкистом Володей Ивановым. Он и соблазнил пойти в танкисты.

— Чего тебе, Сашок, рацию знаешь, пулемет разберешь, соберешь разок-другой, вот тебе и готовый стрелок-радист.

Так вот и попал Сашка Милюков на тяжелый танк КВ.

В одном из боев под селом Олынано-Колодец немцы разбили гусеницу, превратился танк в неподвижную мишень. Повреждение удалось устранить только ночью. Уже потом насчитали танкисты: двадцать восемь немецких болванок приварилось в бою к броне, а не пробили. Когда пришли своим ходом, механик-водитель Иванов невесело пошутил:

— Ну вот, брат, чуть не познакомились мы с косой... Уральским сталеварам наше спасибо за добротную броню.

Страх первого боя давно уже позади, да и думать ли ему, старшине Милюкову, о смерти в свои семнадцать с небольшим. Не думал о ней и даже тогда, когда друзья: «похоронили».

А случилось это позже, в конце августа сорок третьего года, под Харьковом.

Дым не успевал рассеиваться в прохладном воздухе. Выстрелы собственной пушки сливались с разрывами вражеских снарядов. В стальной коробке танка стоял такой гул, будто кто-то колотил снаружи по броне десятком огромных кувалд. Наверное, поэтому не таким уж сильным показался снарядный взрыв в моторном отделении машины. Не сильный — это только так говорится. Повыскакивали ребята из танка со звоном в голове. А считать шишки да почесывать синяки недосуг. Тут бы поскорей отползти подальше, не то, как рванет, костей не соберешь. Танкисты — в ложбинку, метров на пятнадцать отползли. Смотрит Милюков: даже не дымится «тридцатьчетверка». Бросился к ней: «Еще повоюем!».

— Назад, Сашка!

В несколько секунд он достиг танка и вспрыгнул на броню... Взрыва не почувствовал. Очнулся ночью на холодной земле.

Много позже, когда поправился, узнал, что в тот же день доложили командованию: «Милюков погиб на глазах экипажа».

Получила мать, Агафья Михайловна, первую похоронку на сына вместе с его письмом. Заливаясь горькими слезами, не помня себя, трясущейся рукой выводила на листе бумаги: «...Ты это до смерти или после смерти пишешь, сыночек?..»

Сын ответил: «После, мамочка, после. Подождет она еще, не ко времени стучится. Мне победить еще надо. А похоронная — это ошибка. Ну что ж, дорогая, не попадает снаряд дважды в одно и то же место. Повоюем!».

Ошибся тогда Сашка. Попадает. И было это попадание за двенадцать часов до Великой Победы...

Герой Советского Союза Александр Иванович Милюков подлечился в Сочи, окончил Всесоюзный государственный институт кинематографии (ВГИК) и уже достаточно проработал на Одесской студии художественных фильмов. Забываться многое стало, как вдруг получает приглашение на праздничный огонек, посвященный Дню Победы, в Москву, на Центральное телевидение. Ехал с радостью. Предстояла встреча с хорошим человеком, старым другом Яковом Павловым. Да-да, с тем самым «комендантом» знаменитого дома сержанта Павлова в Сталинграде! Человек, который до конца войны для Александра Милюкова был эталоном мужества и героизма. Как-то, работая над очередным сценарием, Милюков вычитал слова известного многим писателя Джеймса Брюса, дескать, героем может стать только тот, кто попадает в особое положение. Можно ли с этим согласиться, когда весь наш народ в суровые годы войны попал в особое положение — защитников Родины? И здесь не до героизма в каком-то особом положении, а отстоять самое сокровенное — свое детство, дом, памятные с юных лет улицу, поле за околицей, лес...

А Яков Павлов! Ну что ж, он настоящий герой. После битвы в Сталинграде он доложил командованию: «За двадцать три дня немногочисленный гарнизон оттянул на себя два батальона противника, уничтожил гранатами и бутылками с горючей смесью полдесятка танков, триста пятьдесят гитлеровцев».

Это ли не героизм! Это ли не пример мужества и стойкости!

Они стали друзьями только в 1953-м. А тогда, в заснеженных окопах Сталинграда, получая партийный билет, механик-водитель танка, восемнадцатилетний старшина Милюков поклялся драться так, как воевали ребята гвардии сержанта Якова Павлова.

И вот 9 мая 1974 года сидят они за одним столиком на московском телевизионном огоньке, хоть и пытались рассадить их режиссеры, вспоминают былые встречи, не вернувшихся с войны друзей-товарищей.

Подходит к ним, двум Героям Советского Союза, певец Юрий Гуляев и дарит песню Дунаевского, обращая свое внимание больше на Милюкова. Павлов хитровато посмеивается, слушая мелодию.

...Я по свету немало хаживал,

Жил в землянках, в окопах, в тайге,

Похоронен был дважды заживо,

Знал разлуку, любил в тоске.

Родилась эта песня в первые месяцы войны, когда коричневая чума катилась по нашей земле, когда весь наш народ был в тревоге за будущее Родины. А написал слова этой песни молодой тогда поэт Марк Лисянский, следуя по дороге на фронт. Сочинил, заскочил в редакцию газеты, оставил и ушел...

Глянул Александр на друга Якова укоризненно: что ж ты выдал мою тайну! А перед глазами снова письмо родной матери: «Ты это до смерти или после смерти пишешь, сыночек?..» И как приложение к нему еще одно письмо, солдатское: «Дорогая Агафья Михайловна! Нам, воинам-танкистам, удалось узнать Ваш адрес. Адрес Матери, вырастившей такого преданного Родине сына. Наша часть располагается в нескольких километрах от могилы, где захоронен Ваш сын — Герой Советского Союза Милюков Александр Иванович...».

И далее, следим, мол, за могилкой братской: никто не забыт, и ничто не забыто...

Переслала это письмо мать благополучно живущему и поныне, трижды воскресшему сыну. Первый его порыв— ответить своим молодым братьям по оружию — танкистам: «Жив я, солдаты, жив!» Ночь не спал. Ну как же! Вновь пережил тот день, когда боевые друзья во второй раз посчитали погибшим...

Пал фашистский Берлин. Корпус, где служил гвардии лейтенант Милюков, стремительно пошел на Прагу. На помощь братскому чехословацкому народу! Тогда Александр Иванович был уже командиром танковой роты. В отрогах Судет, за Дрезденом, советских воинов пыталась задержать встречными боями группировка танковых, войск врага. Под деревушкой Вильсдруф (рота Милюкова шла в голове походной колонны) лейтенанту докладывают его танкисты, выдвинутые вперед в качестве разведки:

— Товарищ лейтенант! Двенадцать замаскированных, «тигров» и четырнадцать зениток в районе...

Связывается командир роты по рации с начальством, получает приказ: «Выходите во фланг по оврагу. Остальные отвлекут, создадут видимость атаки».

Десяток наших стальных громадин гитлеровцы увидели, когда они успели раздавить их первые пушки. Последовал затем ошеломляющий удар с фланга. Прошло несколько минут, и вдруг откуда-то из-за кустов изрыгнула горячий металл фашистская машина. Тяжелый снаряд угодил в лобовую броню. Погибли механик и командир орудия. Гвардии лейтенант Милюков с радистом, тяжело раненные, с трудом вылезли из танка, заползли в какой-то подвал. Подобрали их пехотинцы. Таким он был, его последний бой...

* * *

Прежде чем познакомиться с режиссером Одесской киностудии Александром Милюковым, о его боевых подвигах я слышал немало легенд. Он-де первым прошел со своими танками через болото в район ставки Гитлера под Гольсеном, и там врагу несладко пришлось. Да и сам танкист чудом уцелел. Он расстрелял тремя танками семнадцать вражеских!

Не выдержал, спросил об этом ветерана в первое же наше знакомство. Оказались правдой и первое и второе. Только с небольшой поправкой: не семнадцать танков врага, а два десятка, а может, и больше — кто их точно считал тогда. Не ради наград сражались.

— Для нас, танкистов, самой высокой была медаль «За отвагу». Ее своей считали: танк на ней, — рассказывал мне Александр Иванович. — А о случае, что в легенду вошел... Так ведь приказ получили: стать в засаде у дамбы и ждать. Целую группировку встречали. А где она — лишь фашистские штабы знали. Вышла на нас. Пропустили всю колонну. Ударили залпом по первому и последнему. Остальное было делом техники. Минут семь длился этот бой. Правда, опомнились гансы, и мы две машины из трех потеряли. Огрызались они уже больше от злости.

Последний раз мы увиделись на территории студии. На съемочной площадке, уронив набок свой хобот, дымился «подбитый» «тигр». Александр Иванович снимал документальный фильм. Опять что-то напутали пиротехники: не с той стороны танк «подожгли». И тут же раздастся повелительная команда режиссера:

— Стоп! Повторяем дубль. Из мотора дым дай! Железо, оно гореть не будет!

И снова мечется по площадке помреж. Все должно быть, как было, иначе — переснимать. Все как некогда было. Тем более, ленту снимает танкист, герой войны.

А. Станчев

«Герои и подвиги» (Сборник очерков), Саратов, Приволжское книжное издательство, 1976 год)

При составлении биографических данных о Героях Советского Союза были использованы архивные материалы и сведения из Интернета.

 

http://penza.rfn.ru/rnews.html?id=302897&cid=7

 

Его предками были военачальник Петра I и переводчик Лермонтова: история пензенского Героя Акжигитова

 

03.04.2015

 

Древний род мурз Акжигитовых — широко известен среди пензенских татар. Из этого рода вышло немало видных деятелей культуры. В XX веке в ходе Великой Отечественной войны представитель рода — Азис Харьясович Акжигитов — был удостоен звания Героя Советского Союза. Именно ему посвящен данный очерк, но перед тем как говорить о нем, познакомимся с его прославленными предками.

Пензенская область чтит память российского военачальника Арслана Полкая (1667-1710), прозванного Арсланом-батыром. Полкай служил в войсках Петра I, принимал участие в азовских походах. Император, оценив храбрость «служилого басурманина», пожаловал ему земли на территории шести современных сел региона: Кикина, Кобылкина, Кутеевки, Мочалейки, Решетина, Телятина.

В 1710 году Арслан Полкай был вероломно убит из засады завистниками, которые были недовольны его авторитетом и полномочиями.

Пензенские татары бережно чтят память своего национального героя. В селе Кобылкино Каменского района на месте гибели Арслана Полкая лежит мемориальный камень с выбитой на татарской вязи, еле различимой от времени надписью. Этот мемориал стал туристической достопримечательностью. Здесь же благодарные кобылкинцы построили веранду для отдыха, крышу которой венчает флюгер в виде татарского всадника.

В XIX веке в Каменке поселился участник Бородинского сражения Алтынбай Акжигитов. Следующим знаменитый род прославил его внук Муса, с детства проявивший тягу к гуманитарным наукам и русскому языку. Он продолжил образование в русской четырехклассной школе и пензенской гимназии, где наряду с русским он блестяще овладел французским языком. Это позволило ему в оригинале знакомиться с западно-европейской литературой. Пензенскую гимназию Муса Акжигитов закончил в 1884 году. Хотел продолжить образование в Москве, но получил отказ по национальному признаку. Через несколько лет уехал в Турцию, где стал преподавателем русского языка и экономики. Он обучал русскому языку и экономике двух президентов Османской империи. В их мемуарах было написано, что благодаря Акжигитову турецкий мир познал культуру России, Лермонтова.

Кроме того, он перевел произведения Лермонтова на турецкий, первым написал роман на родном языке и теперь считается родоначальником всей татарской литературы.

И, конечно же, древний род в XX веке прославил Герой Советского Союза Азис Акжигитов, павший в боях с фашистами.

 

Историческая справка

Акжигитов Азис Харьясович — командир пулеметного отделения 21-го стрелкового полка 180-й стрелковой дивизии 38-й армии Воронежского фронта, старший сержант.

Родился в ноябре 1917 года в селе Мочалейка ныне Каменского района Пензенской области в семье крестьянина. Татарин. Член ВКП(б) с 1943 года. В родном селе окончил 4 класса. Работал в колхозе — вначале подпаском, а потом и в поле.

С 1934 года жил в городе Харькове. В 1937 году окончил семь классов школы рабочей молодежи. Работал электромонтажником объединения «Харэнерго». Трудился с огоньком, несколько раз был премирован за ударный труд.

В Красной Армии с 1938 года. Служил в городе Ворошиловске на Дальнем Востоке.

Участник Великой Отечественной войны с июня 1941 года. Сражался на Брянском и Воронежском фронтах. В конце 1942 года был ранен. Несколько месяцев лежал в госпитале, а затем снова вернулся на Воронежский фронт.

Командир пулеметного отделения 21-го стрелкового полка (180-я стрелковая дивизия, 38-я армия, Воронежский фронт) кандидат в члены ВКП(б) старший сержант Азис Акжигитов в октябре 1943 года одним из первых переправился через Днепр в районе села Лютеж (Вышгородский район Киевской области). Отражая непрерывные атаки, его отделение уничтожило до роты пехоты противника.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 октября 1943 года за мужество и отвагу, проявленные во время форсирования Днепра и удержании плацдарма на правом берегу реки, старшему сержанту Азису Харьясовичу Акжигитову присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

В пулеметной роте одного из батальонов 21-го полка 180-й стрелковой дивизии сержант Азис Акжигитов командовал расчетом станкового пулемета. Он участвовал в освобождении от немецко-фашистских оккупантов залитой кровью Левобережной Украины, одним из первых в конце сентября 1943 года прорвался к Днепру севернее Киева.

Старший сержант Азис Акжигитов со своим расчетом действовал в отряде захвата плацдарма и несколько дней отражал с однополчанами яростные контратаки гитлеровцев в районе села Лютежа.

Занимался рассвет последнего дня сентября. Противник снова предпринял мощную контратаку силами пехоты и танков. Станковый пулемет Азиса прикрывал правый фланг наших подразделений, удерживавших плацдарм у села Лютеж на правом берегу Днепра. Фашисты пытались обойти с фланга боевой порядок советских воинов, но пулеметные очереди в упор косили гитлеровцев, рвавшихся к нашим окопам. И вдруг пулемет Азиса отказал. В расчете остались только он и наводчик. Старший сержант приказал пулеметчику открыть огонь из автомата, а сам принялся устранять неисправность. Фашисты прорвались к огневой позиции, начали забрасывать пулеметчиков гранатами, но Акжигитов, в совершенстве владевший пулеметом, быстро наладил его, и огневые струи снова стали косить напиравших гитлеровцев. В этом напряженном поединке победили советские пулеметчики. Наступавшая цепь в змеино-зеленых френчах сначала залегла, а затем откатилась назад. Перед огневой позицией станкового пулемета остались десятки трупов гитлеровцев.

Много дней продолжались тяжелые бои за расширение Лютежского плацдарма, который впоследствии стал стратегическим плацдармом для освобождения столицы Украины. Отсюда утром 3 ноября перешла в наступление ударная группировка 1-го Украинского фронта.

Старший сержант Азис Акжигитов участвовал в уличных боях в Киеве, которые велись здесь 5 ноября и в ночь на 6 ноября. Следуя в штурмовой группе, Азис огнем из пулемета выкуривал гитлеровцев из домов, прилегавших к Крещатику и по улице Кирова. К рассвету 6 ноября 1943 года советские войска ликвидировали сопротивление противника. Над Киевом взвилось советское алое знамя, а воины 1-го Украинского фронта продолжали теснить врага на запад. Среди них был и командир пулеметного расчета молодой коммунист А.Х. Акжигитов.

27 ноября в освобожденном Киеве на Крещатике состоялся митинг воинов и жителей города. На митинге выступили рабочие и колхозники, ученые и писатели. Они выражали безграничную благодарность Красной Армии, великому русскому народу, всем народам Советского Союза, представители которых сражались за освобождение Украины.

Среди участников митинга был и Азис Акжигитов. Ему, как и многим другим воинам, отличившимся в боях на Днепре, были вручены орден Ленина и Золотая Звезда Героя Советского Союза. Это высокое звание Президиум Верховного Совета СССР присвоил ему 29 октября 1943 года.

Гитлеровское командование не хотело мириться с поражением на Киевском направлении и, стянув войска, предприняло контрнаступление. Разгорелись многодневные ожесточенные бои западнее столицы Украины. В них участвовал и старший сержант А. Акжигитов. Замыслы гитлеровцев были сорваны, и советские войска продолжали решительное наступление.

3 января 1944 года в одном из боев у населенного пункта Лосянино Азис Акжигитов был смертельно ранен и в тот же день умер. Награжден орденом Ленина. Однако до последнего не было известно, где же похоронен Герой. Выяснить это удалось внучке Героя Анне Богомоловой. Данный эпизод описан в «Рабочей газете» №109 от 22 июня 2012 года:

 

«Поиск

В поисках сведений о погибших на войне родственниках особые надежды люди возлагают на архивы. В частности, на Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (ЦАМО РФ), в котором хранятся военные документы различных штабов и управлений, объединений, соединений и частей. Но, оказывается, бывают ошибки и там. Находят и устраняют их энтузиасты.

Когда харьковчанка Анна Богомолова обратилась в ЦАМО, чтобы узнать, где похоронен ее дед, Герой Советского Союза Азис Харьясович Акжигитов, который в июле 1941 года был призван на фронт, то ожидала какого угодно ответа, только не того, что получила. Ей ответили, что такого Героя нет, а при определении места захоронения деда ее направили в Яготинский район Киевской области.

Забегая вперед, скажем, что и первая, и вторая информации ЦАМО оказались ошибочными. В общедоступном электронном банке документов «Подвиг народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» представлены фотокопии наградного листа Героя.

 

Бой за имя

Что интересно, фамилия Героя в наградном листе исправлена. Первоначально она была записана как Акржихитов (вместо Акжигитов) Азис Харьясович. И это была не последняя путаница в написании сложной фамилии.

Распутал узел поисковик Виктор Васильевич Шевченко, который подключился к розыску, когда внучка Героя, не найдя правды в ЦАМО, начала искать помощи у тех, кто живет в регионе, где проходило путь соединение ее героического деда на момент его гибели 3 января 1944 года. Это ее обращение на сайт главы Васильковской райгосадминистрации и увидел Виктор Васильевич Шевченко. Он занялся поиском, подключив к этой работе учителей и учеников Великоольшанской средней школы.

Именно он и обнаружил ошибку ЦАМО.

Шевченко увидел, что в списках тех январских потерь 180-й стрелковой дивизии значится некий Акржигитов Азис Харьясович. То есть от фамилии Героя этого погибшего отличала только одна буква. Шевченко зашел в обобщенный банк данных «Мемориал» и обнаружил подтверждение тому, что Акржигитов Азис Харьясович и Акжигитов Азис Харьясович — это один и тот же человек. В данных и у того, и у другого было указано одно и то же место призыва — Харьков, один и тот же домашний адрес и, как оказалось, одно и то же место гибели.

Нашел Героя поисковик Шевченко и в данных ЦАМО. Он там был зафиксирован дважды. И оба раза его фамилия была еще более сильно искажена. В одном случае в деле номер 211 (опись 18002, номер фонда 58) он значился как Акжинеров Азис Харьясович. Эта запись сделана в книге учета умерших передвижного полкового госпиталя № 158 (158 ППГ). В ней указана причина выбытия бойца — «умер от ран» и дата — 03.01.1944 года.

А также данные из донесения: «поступил без документов в бессознательном состоянии из ПМП 21 сп и через 15 минут умер, похоронен Киевская обл., Васильковский р-н, д. Б.Вильшанка». (ПМП 21 сп расшифровывается, как полковой медицинский пункт 21 стрелкового полка, в котором и воевал Герой Советского Союза Акжигитов). В другом случае он назван уже как Акжитров Азис Харьясович. Все остальные данные совпадают.

 

Ищите, несмотря ни на что

Таким образом, место захоронения Героя Советского Союза Азиса Харьясовича Акжигитова было найдено. Васильковская районная государственная администрация провела реконструкцию обелиска, имя Героя было нанесено на плиту мемориала. И в День Победы его родные смогли поклониться могиле своего дедушки.

Здесь можно было бы поставить точку. Но следует сказать, что ЦАМО внесло исправление в свои документы. А еще в результате поисковой работы учителей и учеников Великоольшанской средней школы были установлены также и 23 фамилии прежде безымянных воинов, которые спят вечным сном в братской могиле, расположенной в этом селе.

 

Какой же вывод? Только один. Не стоит отчаиваться, если авторитетный архив сообщает вам, что данных у них нет. Ищите и, возможно, ваши старания будут не напрасны. Ведь везде работают люди. А человеку свойственно ошибаться».

В городе Каменка Пензенской области, в честь Героя Советского Союза А.Х. Акжигитова, установлены стела и бюст (обратите внимание, что на мемориале в Каменке отчество не Харьясович, а Харьсядович).

 

  

 

Его именем названа школа в селе Мочалейка.

Его имя внесено в книгу Героев Татарстана.

 

 

Жизнь и подвиг Героя увековечены также в очерке пензенского журналиста. В проекте телеканала «Россия 1. Пенза», посвященном Героям-пензенцам, предлагаем познакомиться с ним.

 

Ровесник октября

Автобус, лихо развернувшись на крутом повороте, легко покатил по центральной улице села Мочалейка Каменского района. Остановился у большого здания конторы совхоза.

Встретили нас здесь добрые и общительные люди, и мы рассказали им о цели приезда. Нас интересовал их земляк Герой Советского Союза Азис Харъясович Акжигитов.

Говорят, когда Азиса спрашивали о возрасте, он гордо отвечал: «Я — ровесник Октября!»

После смерти отца одиннадцатилетним мальчиком Азис начал пасти стадо коров в родном колхозе «Игенче» («Хлебороб»). Затем он работал подвозчиком семян, сеяльщиком, плугочистом. Трудился наравне со взрослыми, охотно выполнял любое порученное дело, за что заслужил уважение старших.

Тридцатые годы... Как-то из Харькова в родное село приехал старший брат Загидулла. Братья были очень рады встрече. Крепко обнялись, расцеловались. В первый же день старший сказал младшему:

— Хочешь ехать со мной? Устрою тебя на заводе. Будешь учиться. Получишь по своему желанию специальность. Подумай, братишка, хорошенько...

— Теперь и у нас в колхозе улучшилась жизнь, — ответил Азис. — На полях уже появились тракторы. И вашего завода тоже есть. А трактор, сам знаешь, сила. И моя мечта.

Конечно, Азису очень хотелось учиться и получить рабочую специальность. Однако же не давала покоя мысль: а смогу ли? Ведь он, кроме своей Мочалейки, нигде не бывал. К тому же плохо знал русский язык. Но вскоре всем сомнениям пришел конец. «Что я, хуже других? — решил шестнадцатилетний Акжигитов. — Добьюсь своего!» И сказал о своем решении брату.

В шумном Харькове вначале все казалось странным и непривычным: и улицы, и дома, и люди. Поступив в Харэнерго, Азис стал учеником линейщика.

Известный в тридцатые годы бригадир монтажников Петр Степанович Босый по-отцовски относился к юноше, с вниманием и заботой, охотно обучал его электромонтажному делу. И уже через несколько месяцев Азис самостоятельно работал на монтаже транспортных подстанций. Потом он стал одним из передовых монтажников-скоростников. Его неоднократно премировали за добросовестную работу, писали о нем в стенгазете, хвалили на собраниях.

Уже после войны прославленный бригадир монтажников П.С. Босый вспоминал: «По отношению Азиса Акжигитова к работе, желанию освоить специальность и по его дисциплинированности было видно, что он непременно станет квалифицированным электромонтажником. За короткий срок наше предположение оправдалось. Я поручал Азису выполнение сложных монтажных работ, знал, что старательный парень не подведет. Похвально и то, что, работая, он успешно закончил семь классов школы рабочей молодежи...».

В 1938 году тепло и торжественно провожали Азиса Акжигитова на службу в ряды Красной Армии. На митинге с добрыми словами напутствия выступили начальник отдела капитального строительства управления электросети К.П. Блинкин, прораб монтажного участка П.Т. Михнич, секретарь комсомольского бюро Л. Соловьев и другие.

— Большое вам спасибо, дорогие мои друзья! — сказал на прощание Азис. — Я не уроню рабочей чести! В рядах нашей Красной Армии буду стараться, чтобы стать отличником боевой и политической подготовки. После окончания службы вернусь в родной коллектив. Обещаю...

Но война все поломала, неосуществленными остались намерения Азиса...

* * *

Акжигитов сначала воевал на Брянском и Воронежском фронтах в составе 21-го полка 180-й стрелковой дивизии. Будучи тогда сержантом, он командовал расчетом станкового пулемета «максим». В 1942 году в одном из сражений был ранен в обе ноги. Пришлось коротать дни в госпитале города Мичуринска. Когда Азис предстал перед врачебной комиссией, старался не волноваться, казаться веселым, чтобы «не списали в нестроевые».

— Там мои товарищи сражаются, — горячился он. — Поймите, надо громить фашистов!..

— А как же ноги, они еще слабые, — внимательно разглядывая раненого, сказал хирург.

Акжигитов несколько раз проходил перед членами медицинской комиссии, показывая, что у него вполне окрепшие ноги.

— Ну ладно, только возвращайся героем! — улыбаясь, коротко сказал председатель врачебной комиссии.

Второе ранение отважный пулеметчик получил на Курской дуге, когда отражал натиски гитлеровцев в местечке Обоянь.

Вернувшись в строй, он вновь прибыл в свою часть, которую догнал в районе Снагости — Краснополье. В местечке Лютеж — Сваровье двадцатичетырехлетний пулеметчик А.X. Акжигитов вместе с бойцами форсировал Днепр и стойко отражал натиск гитлеровцев.

Чтобы преодолеть полноводную реку и закрепить за собой плацдарм на противоположном берегу, были использованы все средства. С необыкновенной быстротой и изобретательностью пулеметчики под командованием старшего сержанта Акжигитова сколотили плот из досок и бревен, найденных на берегу. Еще днем, изучив маршрут и противоположный берег, бойцы тренировались на плоту, на котором предстояло преодолеть водную преграду. Закрепив на нем пулеметы, боевое снаряжение, воины притаились в камышовых зарослях, уцелевших от пожара. Все молча, ждали команды. Они слышали, как с другого берега стучали пулеметы, бухали разнокалиберные пушки. То и дело, освещая огнем темную гладь воды, взлетали ракеты. Вслед за ракетами раздавалась автоматная стрельба.

Азис посмотрел на притаившихся товарищей, которые дрожали от сырости и осеннего холода. Он шепотом подал команду и первым толкнул плот. Дружно взялись за весла солдаты, и самодельное суденышко плавно двинулось вперед. За первой группой с небольшим интервалом отчалили бойцы второго «эшелона».

— Не отставайте, хлопцы! — махая рукой, звал их за собой командир.

— Середину проскочили. Наваливайся на весла, ребята! Живей! — торопил старший сержант.

Вдруг над рекою взвилась ракета. Она озарила волны Днепра. Как по команде, легли на плоту бойцы, маскируясь за кусты, которые они специально привязали к пулеметным ящикам. Так происходило несколько раз, пока плот не коснулся песчаного дна. Держа над головами автоматы, пулеметчики по пояс в холодной воде торопились к берегу.

— Смелее, ребята! — увлекал Акжигитов за собой отделение.

Ступив на берег, он бросился в сторону вражеского пулемета. Затем пополз по-пластунски, в левой руке — связка гранат. Когда услышал в темноте немецкую речь, со всей силой бросил тяжелую связку. Сам притаился за толстым бревном, которое лежало поперек дороги. Раздался оглушительный взрыв. Взрывной волной выбросило из траншеи гитлеровца. Понял, что фашистский расчет уничтожен.

— Теперь окопаться, — сказал Акжигитов. — Будем ждать наших на рассвете. Раньше не успеют прийти.

Ночь прошла в тревоге. Не одну контратаку отбило его отделение. Узнав, что пулеметчики Акжигитова на том берегу, командир полка подполковник Полетаев обрадовался. Послал на помощь небольшую группу, усиленную истребителями танков и саперами.

Когда начали переправу другие подразделения полка, гитлеровцы открыли огонь. Сильно бомбили пункты переправы самолеты. Однако и это не могло удержать натиск советских бойцов. Когда мотострелки полка форсировали водную преграду, немцы успели отойти назад, оставляя технику и трупы солдат. Они торопились в деревню Лютеж, где надеялись оказать сопротивление на заранее подготовленных укреплениях.

В первых числах ноября 1943 года личный состав 180-й стрелковой дивизии заканчивал подготовку к сражению за украинскую столицу. Здесь были сосредоточены и другие крупные воинские соединения, в том числе 1-я Чехословацкая отдельная бригада под командованием полковника Л. Свободы.

На Лютежском плацдарме гитлеровцы потеряли свои выгодные позиции. Они были вынуждены оставить их под ударами наступающих частей, стремившихся к Киеву. Для них создалось угрожающее положение. И тогда коварный враг предпринял контрмеры.

...Немецкая пехота при поддержке танков двинулась к Днепру. Было прохладно. Моросил мелкий дождь. С севера надвинулись серые тяжелые тучи. Разминая гусеницами липкую грязь, фашистские танки ползли в сторону пулеметного отделения Акжигитова. Он зорко следил за целями в секторе обстрела. Отчетливо слышался натруженный шум танковых моторов. Пулеметчики приготовили противотанковые гранаты.

— Танки с автоматчиками! За ними — пехота, — сообщил командиру отделения наблюдатель.

— Вижу! — спокойно отозвался старший сержант Акжигитов. Через несколько секунд крикнул: — По фашистам — огонь!..

Гитлеровцы залегли, открыв огонь по пулемету. Атака была вскоре отбита, фашисты с большими потерями откатились назад.

Поняв, что контратакующие хотят обойти с фланга, Азис сквозь зубы процедил:

— Зря стараетесь, гады! Не проведете.

И длинными очередями он начал косить автоматчиков, яростно рвавшихся к нашим окопам с левого фланга. Неожиданно отказал «максим», произошла какая-то неисправность. Где же она? А гитлеровцы будто бы только и ждали этого. Невзирая на огонь наших минометчиков и стрелков, они прорвались к переднему краю и стали забрасывать пулеметчиков гранатами. Что предпринять? Заменить ствол! Но запасного в расчете не оказалось. Пункт боевого питания — далеко в тылу. Остается одно-единственное...

— Я устраню задержку, — сказал командир расчета второму номеру Давидовичу, — а ты пали пока из автомата...

Благодаря тому, что Акжигитов отлично знал устройство пулемета, через несколько минут вновь «заговорил» его верный «максим».

— Ну, фашистские прихвостни, сейчас узнаете, на что способны советские пулеметчики! — воскликнул старший сержант.

Пробиравшаяся к окопам цепь в змеино-зеленых фуражках тут же пустилась наутек, оставив перед огневой позицией десятка три трупов.

Наступила долгожданная передышка. Азис присел на дно окопа и почему-то почувствовал, как раны, полученные в прежних боях, ныли.

Час от часа расширялся Лютежский плацдарм. Именно отсюда 3 ноября перешла в наступление ударная группировка 1-го Украинского фронта, обходя Киев с запада. Противник непрерывно контратаковал. Но упорство советских воинов сокрушало оборону фашистов.

4 ноября пошел моросящий дождь. Наступать стало еще сложнее. Враг, не выдержав столь ошеломляющего удара, отходил. К вечеру 5 ноября завязались уличные бои в украинской столице, в них участвовал и старший сержант Акжигитов. Об одном из эпизодов фронтовые журналисты писали так: «Акжигитов заметил, как метнулись и прижались за выступом стены дома командир стрелкового отделения сержант Харченко, солдаты Бобров и Казанцев. Ливень пуль преградил им дорогу. В этом отделении было убито четыре человека. Вражеский пулемет неистово строчил со второго этажа большого дома на противоположной стороне улицы. Ни сержант Харченко, ни его солдаты не могли в этой обстановке уничтожить фашистский пулемет. Тогда на помощь им пришел Акжигитов...».

...Следуя в штурмовой группе, Азис пулеметными очередями не давал гитлеровцам выползать из домов, прилегающих к Крещатику. Там их находил артиллерийско-минометный огонь, способствуя продвижению пехотинцев и танкистов.

К рассвету 6 ноября 1943 года советские войска ликвидировали сопротивление противника. Над Киевом развевалось алое знамя. На митинге, состоявшемся в освобожденной столице Советской Украины, выступали рабочие и колхозники, писатели и ученые. Каждый хотел выразить безграничную благодарность отважным воинам Красной Армии. На митинге присутствовал и А.X. Акжигитов. За быстрое форсирование Днепра, проявленные при этом мужество и героизм старшему сержанту командиру пулеметного отделения Азису Харъясовичу Акжигитову Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 октября 1943 года присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина.

Бои западнее Киева продолжались. 3 января 1944 года в одном из неравных поединков с немецко-фашистскими захватчиками старший сержант Азис Акжигитов был смертельно ранен.

Друзья его рассказывают, что, умирая, он сожалел о том, что не дошел до Берлина. И гордился тем, что успел стать членом великой партии коммунистов.

Р. Енакаев, В. Бердников

«Герои и подвиги» (Сборник очерков), Саратов, Приволжское книжное издательство, 1978 год)

При составлении биографических данных о Героях Советского Союза были использованы архивные материалы и сведения из Интернета.

 

http://penza.rfn.ru/rnews.html?id=302989&cid=7

 

К 70-летию Победы в Пензе благоустроят военные захоронения и памятникиК 70-летию Победы в Пензе благоустроят военные захоронения и памятники

 

03.04.2015

Акцию «Святым местам — святое отношение» проведут в Пензе в преддверии 70-летия Победы. Ее главная цель — привести в порядок все военные захоронения и памятники, которые находятся на территории города и области. Большинство из них появились в 50-60-е годы и в настоящее время находятся в неудовлетворительном состоянии.

Благоустроить их необходимо до 9 Мая. К этой работе будут привлекать активистов местных отделений «Единой России», молодогвардейцев, волонтеров и общественные организации.

«На данном этапе у нас 469 памятных сооружений и памятников. Они не только участникам ВОВ и памятным датам, но и тем, кто участвовал в локальных войнах, конфликтах. Я считаю, что нельзя обойти их стороной. Нам нужно обратить внимание в первую очередь на памятники, которые остались бесхозяйными», — подчеркнул заместитель председателя правительства Пензенской области Сергей Пуликовский.

Важной он также назвал работу с мемориальными досками, на которых необходимо восстановить стертые из-за времени имена или вписать новые. Только за последний год поисковики нашли останки 17 пензенцев, которые считались пропавшими без вести.

Кроме того, ко Дню Победы отреставрируют монумент воинской и трудовой доблести пензенцев. Отметим, что во время восстановительных работ, вечный огонь гасить не станут.

 

http://penza.rfn.ru/rnews.html?id=303129&cid=7

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ПРАВОСУДИЕ

 

Верховный суд РФ оставил без изменения приговор ОПГ "Олимпия"Верховный суд РФ оставил без изменения приговор ОПГ «Олимпия»

 

30.03.2015

 

Верховный суд России оставил без изменения приговор пензенского областного суда от 4 июля 2014 года в отношении 13 человек, входивших в организованную преступную группу «Олимпия» и совершивших ряд преступлений.

Одиннадцать членов группы вердиктом присяжных признаны виновными в совершении тяжких и особо тяжких преступлений на территории Пензы и области. Один подсудимый присяжными был оправдан и еще один после вердикта освобожден от уголовной ответственности за истечением срока давности совершенного преступления.

«Установлено, что к началу 1990-х годов на базе спортивного комплекса «Олимпия» в Пензе сформировалась группа лиц под одноименным названием, которых объединяли общая цель — регулярное получение денег за счет выбивания долгов и неофициального обеспечения безопасности коммерческих структур, отстаивание своих интересов во время конфликтов с участниками других группировок, нападения на граждан, в том числе на участников противостоящих преступных группировок для установления верховенства среди них», — сообщили ГТРК «Пенза» в пресс-службе областного суда.

В 1998 году наиболее активная часть участников данной группы объединилась в устойчивую вооруженную группу — банду, а с 2000 года — в преступное сообщество, состоявшее из трех структурных подразделений, которое действовало до 26 апреля 2011 года.

В ходе судебных заседаний установлено, что подсудимые совершили ряд преступлений: организация, руководство, участие в банде и преступном сообществе, убийство 4 человек, покушение на убийство 2 человек, причинение тяжкого вреда здоровью 4 потерпевшим, одно со смертельным исходом, 1 мошенничество, незаконное приобретение, ношение, хранение оружия и боеприпасов, 2 хулиганства.

При назначении наказания суд учел наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств, мнение присяжных о том, что трое подсудимых заслуживают снисхождения, а остальные не достойны снисхождения.

«Приговором пензенского областного суда от 4 июля 2014 года организатору группы назначено наказание в виде 25 лет лишения свободы, девять осужденных приговорены к различным срокам лишения свободы — от 4 до 21 года. Они будут отбывать наказание в колонии строгого режима. Еще один осужденный приговорен к трем годам условно», — уточнили в пресс-службе.

Не согласившись с приговором, осужденные и их адвокаты подали в общей сложности 80 апелляционных жалоб, которые судебной коллегией по уголовным делам Верховного суда РФ оставлены без удовлетворения.

Приговор вступил в законную силу 27 марта 2015 года.

 

http://penza.rfn.ru/rnews.html?id=302601&cid=7

 

РЕЗОНАНС

 

Верховный суд не изменил приговор по делу ОПГ «Олимпия»

 

30.03.2015

 

Верховный суд РФ оставил без изменения приговор Пензенского областного суда, вынесенный лидеру и участникам преступного сообщества «Олимпия». На их счету - убийства, поджоги, вымогательство, незаконное приобретение, ношение, хранение оружия и боеприпасов.

Криминальная группа образовалась в начале 1990-х годов на базе спортивного комплекса «Олимпия». Ее участники обогащались за счет совершения преступлений, брали под свой контроль лиц и организации, которые занимались предпринимательской деятельностью, нападали на граждан.

В конце 1990-х один из лидеров банды Сергей Максименко создал и возглавил одноименное преступное сообщество. Оно состояло из нескольких обособленных групп, у каждой из которых был свой руководитель, подчинявшийся непосредственно Максименко.

В числе громких преступлений, совершенных «олимпийцами», - убийства предпринимателей (2001 год) и главаря ОПГ «Терновские» Бареева (2004 год). Кроме того, в борьбе за лидерство в криминальной среде члены «Олимпии» по указанию Максименко несколько раз пытались устранить преступного авторитета Музафярова.

Деятельность участников сообщества была пресечена в апреле 2011 года. Уголовное дело расследовалось более двух лет, его объем составил 81 том, из них 14 - только обвинительное заключение.

Пензенский областной суд приговорил организатора банды Максименко к 25 годам лишения свободы, других членов - к срокам от 4 лет до 21 года в колонии строгого режима.

«Не согласившись с решением суда, преступники оспорили его в вышестоящую инстанцию. Однако коллегия Верховного суда Российской Федерации оставила приговор без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения. Приговор вступил в законную силу», - сообщается на официальном сайте регионального СУ СК РФ.

 

КОММЕНТАРИИ БЕЗ КУПЮР:

Гость|30.03.2015 13:38

Выйдут по амнистии в честь 70-летия Победы. Не долго ждать осталось, тем более, что по 4 года уже отсидели, а некоторые уже, как читаем, отсидели (сроки от 4 до 21г.)

Гость|30.03.2015 14:43

Жалко ребят.

Гость|30.03.2015 14:47

Которых они убили?

Гость|30.03.2015 14:52

Жалко ребят???!!! это за что же их жалеть?!

Гость|30.03.2015 15:06

Кого они убили?Читайте-бандитов,которых полиция боялась.За зря они никого не трогали,это вам не служба судебных приставов в коротких юбках с сигаретами в зубах в затхлом сарае.Щука в пруду нужна,что бы поддавливать наглых карасей,которых много развелось,а тронь такого тебя же привлекут.А они присекали беспредел.

Гость|30.03.2015 15:08

амнистия выходит только на не тяжкие статьи!!!

Гость|30.03.2015 15:14

Что за чушь, написано-терроризировали и крышевали предпринимателей. Чтоб пресекать бемпределы есть менты и точка. Братаны живущие по понятиям, отличных от закона возомнили себе право решать кто прав, а кто нет? Достойные сроки, чтоб подумать о том, что это бред.

Гость|30.03.2015 15:48

Нормальные парни! Жаль. Помогали простым людям! А власть только обдирает до нитки и нихуя не делает!

Гость|30.03.2015 15:48

Гость писал(a):

Гость|30.03.2015 15:14Что за чушь, написано-терроризировали и крышевали предпринимателей. Чтоб пресекать бемпределы есть менты и точка. Братаны живущие по понятиям, отличных от закона возомнили себе право решать кто прав, а кто нет? Достойные сроки, чтоб подумать о том, что это бред.

Однако не посадили ни одно мента, которые вместе с ними крышевали точки, владели магазинами и тд и тп! Почему?! Они что честнее чтоли?

Гость|30.03.2015 15:54

"В конце 1990-х один из лидеров банды Сергей Максименко создал и возглавил одноименное преступное сообщество. "

долго их надзирали силовые структуры.

Гость|30.03.2015 16:36

Прямо почитаешь комментарии и чуть ли "санитарами" этих парней назвать хочется! Получается по сюжету фильма "Берегись автомобиля"-2.Надо же, как их жаль-то! А не жаль тех, над кем они издевались?Интересно, сколько лет в 90-е годы было этим жалельщикам?А если с Вами такое бы сотворили? "Жалко ребят"- жалко родителей их, дождутся ли они главных фигурантов?А годы летят (Но им на зоне будет не плохо.не грустите

Гость|30.03.2015 16:43

Гость писал(a):

Жалко ребят.

+100

Гость|30.03.2015 16:44

это общеросийская тенденция.на смену братве приходят менты.сначала используя братву а потом сами по себе

Гость|30.03.2015 16:53

Гость писал(a):

Гость|30.03.2015 16:44это общеросийская тенденция.на смену братве приходят менты.сначала используя братву а потом сами по себе

силовиков забыл...полицейское государство, а начинали вместе с братвой, а теперь конкурентов устранили, отжали бизнесы и сидят, царствуют, поэтому и рост тарифов ЖКХ, и рост налогов, и топлива...! Идет восстановление социализма!Но как ни странно многие рады, вопрос чему? рабству?

Гость|30.03.2015 17:26

у некоторых в голове до сих пор 90-е.

← Ctrl пред.   1   2   след. Ctrl →

 

http://www.penzainform.ru/news/crime/2015/03/30/verhovnij_sud_ne_izmenil_prigovor_po_delu_opg_olimpiya.html

 

Заключенные пензенских колоний смогли поклониться святым мощам, привезенным с Горы Афон

 

30.03.2015

 

 

30 марта, в понедельник, в исправительные колонии №4 и №5 были доставлены святыни, привезенные со Святой горы Афон, среди которых – мощи святой вмц. Анастасии Узорешительницы, св. вмч. Пантелеимона, священномученика Харлампия, святителя Григория Богослова и частицы Животворящего Креста Господня.

Мощи сопровождали: Наталья Жаркова, пресс-секретарь Пензенской епархии; протоиерей Владимир Кувшинов, председатель Отдела по тюремному служению; иеромонах Силуан (Присакарь), насельник Сербского монастыря Хиландар, самой древней сербской обители.

В ИК-5 святыни встречал начальник учреждения Петр Геннадьевич Иванков и заместитель начальника управления Юрий Николаевич Семенов. В храме иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» в ИК-5 протоиерей Владимир Кувшинов прочитал акафист Анастасии Узорешительницы. К святыням приложились сотрудники колонии, а затем около 50 заключенных.

В ИК-4 святыни встречал начальник учреждения Валерий Вячеславович Волков. В храме Николая Чудотворца при колонии к мощам смогли приложиться личный состав колонии и около 150 заключенных. Также поклониться святыням пришли жители окрестных домов.

В колонии иеромонаху Силуану преподнесли в подарок икону, выполненную осужденными.

Образ святой Анастасии Узорешительницы есть в каждом храме, молельной комнате, часовне, которые построены в тюрьмах. Молиться ей могут те, кто попал в заточение по роковой ошибке или из-за чьего-то злого навета. Узники испрашивают у святой милости, силы, дабы стойко вынести все тяготы судьбы, не впасть в отчаянье. Молитва святой Анастасии поможет всем страждущим.

Святой великомученице молятся для того, чтобы познать духовную гармонию, обрести смирение, укрепление своей веры в Господа, об исцелении тяжких болезней души и тела, о даровании жизненных сил.

Далее святыни были доставлены в Петропавловский храм Пензы.

Фото: Н. Жаркова

 

 

http://penzaeparhia.ru/news/2290

 

В Пензе заключенные приложились к мощам Анастасии Узорешительницы

 

30.03.2015

 

Анастасия Узорешительница

vysokovo.prihod.ru

 

30 марта заключенные четвертой и пятой пензенских колоний приложились к частице мощей великомученицы Анастасии Узорешительницы. В исправительные учреждения ковчег привезли всего на пару часов. Приложиться к святыне пришли многие: и осужденные, и сотрудники колоний.

Колокольный звон возвестил о большом событии. Для маленького храма «Богородицы всех скорбящих и радости», располагающегося на территории пятой исправительной колонии в Терновке, прибытие ковчега с мощами святой Анастасии Узорешительницы - знаковое явление. Великомученица известна тем, что тайно посещала узников-христиан, томившихся в римских темницах, и ухаживала за ними.

«Люди приходят к ее цельбоносным мощам с чаянием, чтобы великомученица Анастасия помогла им избавиться от этих уз, от заключения», - сказал председатель отдела по тюремному служению Пензенской епархии протоиерей Владимир Кувшинов.

Через несколько минут неподалеку от храма начали формироваться группы желающих приложиться к святыне. Запускали внутрь Божьего дома, где уже шел молебен, отдельными группами.

Ажиотаж ожидали. Ведь именно осужденные попросили о привозе святыни в исправительную колонию.

«По просьбе прихожан, осужденных, в область привезли со святой горы Афон мощи Анастасии Узорешительницы, а руководство обратилось к митрополиту с просьбой осуществить такое действо на территории наших учреждений», - сообщил заместитель начальника УФСИН России по Пензенской области Юрий Семенов.

Роман Милинский за помощью к Богу обратился 10 лет назад, уже находясь на зоне. Он принимал активное участие в строительстве данного храма. Сейчас уже год является его старостой. Говорит, с верой во Всевышнего жить намного легче.

«Нам это необходимо, чтобы как-то освятиться, сердца наши смягчить, потому что сейчас и в мире много зла, а это святыня», - признался староста храма «Богородицы всех скорбящих и радости» при исправительной колонии №5 Роман Милинский.

Помимо заключенных обратиться за помощью к великомученице Анастасии смогли и сотрудницы исправительного учреждения. Святая также известна как покровительница беременных. Далее мощи отправились в колонию №4. 31 марта к святыне могут приложиться все желающие в храме Петра и Павла.

 

http://tv-express.ru/sobitiya/v-penze-zaklyuchennye-prilozhilis-k-mocsham-anastasii-uzoreshitelnicy

 

Злостный алиментщик оштрафован за сопротивление работе пристава

 

03.04.2015

 

Житель Первомайского района Пензы, задолжавший своим детям 330 тысяч рублей, привлечен к административной ответственности за воспрепятствование законной деятельности судебного пристава.

Как рассказали ИА «ПензаИнформ» в пресс-службе регионального управления ФССП, в 2012 году на мужчину была возложена обязанность платить алименты детям 2002 и 2003 года рождения. Однако он вел аморальный образ жизни, злоупотреблял спиртным и не исполнял возложенных обязанностей.

Судебные приставы регулярно посещали должника, но застать его дома не могли. Тогда в отношении мужчины было вынесено постановление о принудительном приводе.

«В ходе осуществления привода должник оказал сопротивление судебным приставам по ОУПДС и попытался скрыться, чем воспрепятствовал законной деятельности представителя закона. В отношении него судебным приставом по ОУПДС составлен протокол об административном правонарушении, рассмотрев который, мировой судья вынес постановление о наложении штрафа в размере 1 000 рублей», - пояснили в УФССП.

Мужчине дали направление в центр занятости населения и предупредили: если он продолжит уклоняться от уплаты алиментов, ему грозит уголовная ответственность.

 

КОММЕНТАРИИ БЕЗ КУПЮР:

Гость|03.04.2015 13:55

Какой это штраф - смех! Лучше бы наваляли ему от души с учетом детей, которых этот урод забыл.

Гость|03.04.2015 15:14

penzainform.ru писал(a):

сли он продолжит уклоняться от уплаты алиментов, ему грозит уголовная ответственность.

То есть посадят? И государство еще и на его содержание будет деньги тратить?

Гость|03.04.2015 15:15

Да у них работают одни бабы, кто валять то будет.

 

http://www.penzainform.ru/news/social/2015/04/03/zlostnij_alimentshik_oshtrafovan_za_soprotivlenie_rabote_pristava.html

 

 

 







HotLog с 21.11.06

Создание сайтаИнтернет маркетинг